أيوبالأصحاح 22

. Не обращая внимания на последнюю речь Иова, не опровергая отмечаемых им фактов, Елифаз настаивает на заслуженности постигших его бедствий, выводя эту мысль из положения о Божественном Правосудии. В отношениях к праведникам и грешникам Бог руководится исключительно началами строгого правосудия. Абсолютно всесовершенный, Он не получает выгоды от дел "разумного", - "ищущего Бога" (евр. "маскил"; ср. Пс XIII:2), равным образом и поступки грешника не приносят Ему вреда. Поэтому Его отношение к тем и другим не определяется, как у человека, желанием доставить Себе пользу и избежать вреда. Бог наказывает грешника не потому, что, боясь его, стремится отстранить от Себя грозящую со стороны этого последнего опасность (ст. 4; ср. Прем VI:7) и награждает праведника не под влиянием соображения подвигнуть на большую добродетель и тем извлечь для Себя выгоду.

. При безусловном правосудии Бога для страшных страданий Иова нельзя найти другой причины, кроме великой греховности.

. Предполагаемые ("верно") грехи Иова заключаются в отсутствии у него внушаемой самою природой гуманности, человечности. Он не стеснялся брать залог (ср. Исх XXII:26-27; Втор XXIV:10-13) с "братьев своих", т. е. лиц одного с ним племени, и притом "ни за что", т. е. не нуждаясь в них, так как сам был богат. Им руководила в тех случаях одна жадность (ср. XX:19-21), доходящая до того, что в качестве залога отнималась последняя одежда у полунагих, - ничего не имеющих.

. Житель пустыни, дороживший водою, он был настолько жаден, что отказывал в глотке воды изнывавшему от жажды и в куске хлеба голодному (ср. Ис LVIII:10).

. Синодальное чтение представляет не совсем точную передачу еврейского текста. Буквальный перевод его, удержанный Акилою и Симмахом, будет такой: "человек с рукою - ему земля, и тот, кто высок по положению, водворялся на ней". "Человек руки", т. е. силы (XL:9; Пс LXXVI:16; LXXXII:9) и насилия (XXXV:9), Иов захватывал землю, расширял свои владения путем насильственного захвата (ср. Ис V:8), не дозволяя селиться на ней слабым.

. К лицам последнего рода относились вдовы и сироты: их просьбы и мольбы оставлялись Иовом без удовлетворения.

. Величию и силе греха соответствует сила постигших Иова бедствий. Он "окружен петлями", - поражен болезнью, скорбями, бесславием (XVIII:8-10), не видит возможности избавиться от них ("тьма, в которой ты ничего не видишь", ср. XVII:12), близок к гибели: - "множество вод покрыло тебя" (ср. Пс XLI:8; LXVIII:3).

. Жилище Божие выше звездного неба, и с подобной высоты Богу видна вся земля, пред Ним расстилается ее необозримый для человеческого глаза простор, Бог всеведущ (ср. Пс XIII:2).

. Грехи против ближних соединяются у Иова с грехами против Бога, - отрицанием Его всеведения и вмешательства в жизнь людей, - промысла.

. Между тем, по мнению Иова, Бог, скрытый от земли облаками ("облака - завеса Его"; ср. Плач III:44: "Ты закрыл Себя облаком, чтобы не доходила молитва"), обладает ведением лишь того, что совершается в сфере небес, и, не видя происходящего на земле, не проявляет Своего суда над людьми (ст. 13; ср. Пс LXXII:11: XCIII:7; Ис XXIX:15; Иез VIII:12).

. Подобными рассуждениями Иов уподобляется древнему, греховному (αρχαιος κοσμος - 2 Пет II:5) допотопному человечеству ("вода разлилась под основание их"), представители которого отвергали так же, как и он, Бога ("отойди от нас"), отрицали вмешательство в свою жизнь своего благодетеля (ст. 17) и за то погибли, по человеческим рассуждениям (ст. 18), преждевременно.

. Черная неблагодарность этих богохульников вызывает в Елифазе чувство глубокого отвращения, а гибель грешников, одновременно врагов Божьих и людей благочестивых ("враг наш", ср. Пс СXXXVIII:20-2; Рим XI:28), наполняла сердца этих последних радостью (ст. 19). Они видели в ней проявление Божественного Правосудия (ср. Пс LVII:11-12; LXIII:10-11).

. Гибель допотопного человечества должна послужить для Иова предостережением. Если он желает избегнуть ее, обязан "сблизиться" с Богом, - оставить чувство вражды против него (евр. "сакан" - быть в дружбе, в интимных с кем-либо отношениях - Пс CXXXVIII:3). В результате этого кончатся душевные муки Иова: "будешь спокоен", и он получит награду.

. Выдавая свой совет как бы совет самого Бога, Елифаз предлагает Иову принять его в качестве непреложной истины ("прими из уст Его закон", ср. Притч II:6) и всецело, до глубины души им проникнуться: "положи слова Его в сердце твое".

. Удел такого человека - блаженство (Пс XCIII:12-13). Так точно и Иову, под условием исполнения им данного совета, - "удаления беззакония из шатра", не только будет возвращено утраченное счастье ("устроишься"; евр. "бана" в смысле дарования прежнего счастья - Иер XXIV:6, XXXIII:7, сообщения большего - Мал III:15), но и дано больше, чем он имел. Иов сделается настолько богат, что "блестящий металл" (золото и серебро в неочищенном вида) будет дли него так же бесценен, как прах, а лучшее офирское золото, как простой камень.

. Не придавай значения земным богатствам, Иов будет считать своим величайшим, самым ценным сокровищем Того, кто дал ему их, т. е. Бога. Он будет "блестящим серебром" - серебро очищенное от примесей.

. В качестве величайшего блага Бог сделается для Иова источником духовной радости и утешения (ср. Пс XXXVI:4; Ис LVIII:14). Последние проявятся в том, что у него, прощенного и награжденного Богом, исчезнет мучительное чувство богоотверженности. Прощенный Богом, он смело и доверчиво поднимет к Нему свое лице (ср. Быт IV:6).

. Проистекающая из доверчивой любви молитва Иова будет услышана Господом, а обеты, плод усердия, а не вынуждения, исполнены.

. Иов будет настолько тверд в благочестии, что бедствия невинных не поколеблют его праведности (Пс LXXII:2-3, 12-4). При виде их он на основании личного опыта скажет, что они - не проявление Божественного неправосудия, ведут страдальца к возвышению и утверждению в добре: "ты скажешь: возвышение". Подобными рассуждениями он ободрит и самих страждущих, не даст им возможности впасть в грех отчаяния, неверия; они спасутся, благодаря ему: "он спасается чистотою рук твоих" (ст. 30).