اللاويينالأصحاح 22

В качестве препятствия для священников вкушать от возносимого на алтаре — от святынь великих и святынь — называется сначала нечистота вообще (ст. 2–3), затем отдельные виды нечистоты и осквернения: проказа (ср. XIII:2 и д.), половое истечение (XV:2), прикосновение к мертвому (XXI:1 и др.), к гаду или к нечистому человеку (XI:29, 31, 43), вкушение мертвечины и звероядины (XI:39; XVII:15). Во всех этих случаях требовалось законом предписанное очищение и уже после него священник получает право вкушения святынь, составляющих «хлеб его». Вкушение же священных яств в состоянии нечистоты было равносильно кощунственному поруганию и отрицанию святыни и всего культа, а вместе с тем и святого Иеговы, учредившего культ и в нем входившего в общение со Своим народом; а потому священник, допустивший это, как и мирянин, в состоянии нечистоты евший мясо мирной жертвы (VII:20), повинен был «истреблению» — без сомнения, суду Божию (бездетством, ранней смертью, болезнью, см. 1 Кор XI:30), а не казни от людей, для которых грехи означенного рода большею частью оставались скрытыми.

Речь идет уже не о «великих святынях» (частях жертв греха, вины см. VI:25–39), который могли вкушать только мужчины фамилии Аарона (VI:16–18), а просто о святынях, т. е. остатках мирной жертвы, достававшихся священникам. Называется несколько случаев запрещения и разрешения вкушения этих святынь разным лицам, стоящим в известной степени к святыням, — случаев, весьма характерных для духа закона и теократии Ветх. Завета 1-й случай: поселенец и наемник священника, не принявший обрезания, как чуждый (евр. zar) теократии, не может вкушать святыни, напротив раб купленный за серебро, — по обрезании сделавшийся членом семьи не только в бытовом, но и в религиозно-богослужебном отношении (Исх ХII:44; см. Быт XVII:23), — мог наравне с домочадцами есть «святыни» (ст. 10–11). 2-й случай: дочь священника — замужняя — имеет право вкушать «святыни» лишь тогда, когда состоит в замужестве со священником же; находясь же в браке за посторонним (евр. isch zar, Vulg.: cuilibet ex populo nupta) — мирянином, она теряла это право, и лишь вдовство или развод с ним и возвращение в дом отца-священника, как бы на положении девицы (kineurejah, Vulg.: sicut puella) возвращало его ей. 3-й случай: приносящий мирную жертву мог по ошибке употребить для своей трапезы и части, принадлежащие священникам; тогда, по общему правилу о ненамеренных нарушениях прав святилища, он (ср. V:14) возвращал неправильно взятое, с прибавлением 1/5.

Новое увещание священникам к благоговению пред святынею (ср. ст. 2–3, 9).

стихи образуют переход к речи о полной беспорочности жертвенных животных, — речи, обращенной одинаково как к священнослужителям, так и к жертвователям, т. е. ко всем израильтянам. Это требование беспорочности жертвенного материала соответствует постановлению о неимении священнослужителями телесных недостатков (XXI:17–23): и жрец, и жертва должны были даже по внешности выражать идею чистоты и очищения. По блаж. Феодориту (вопр. 30), «в жертву приносить повелевает Бог животных с неповрежденными членами, приносимым вразумляя приносящих, чтобы они здравыми имели деятельные силы души». Правило о беспорочности жертвы относилось и к иноземцам, по ветхозаветному закону допускавшимся во внешний двор храма и имевшим право приносить жертвы Богу Израилеву (ст. 18, 25; ср. XVI:29).

Благоволение Божье, которого искал жертвователь, не могло почивать на жертвователе, недостаточно благоговейном и внимательном к качеству жертвы.

Перечисление недостатков, делающих животное негодным к жертвоприношению. Один из 3-х видов жертвы мирной — жертва усердия (nedabah) почиталась почему-то ниже других видов: в жертву усердия позволялось приносить животное не вполне нормально сформированное.

По раввинам, запрещает всякую кастрацию (людей и животных).

Эти стихи содержат 3 правила касательно приношений к святилищу и жертв. Во-первых, относительно приношения Богу первородных животных (ср. Исх XXII:28–29). Они 7 дней должны, до возмужания, пробыть при матери и затем немедленно быть доставляемы святилищу. По блаж. Феодориту, «Бог знал нечестие и чревоугодие некоторых; знал, что, если увидят рожденное полным и добровидным, то удержат у себя, и принесут другое. Поэтому повелел приносить и вскоре по рождении» (вопр. 31). Указанный возраст был минимальным и вообще для животных, приносимых в жертву. Во-вторых, гуманное повеление не закалать в один день корову или овцу вместе с порождениями их, — правило, аналогичное запрещению Втор ХХII:6–7, брать из гнезда одновременно с птенцами и мать их (ср. еще Исх XXIII:19: не варить козленка в молоке матери его; последнее место, впрочем, различно понимается). В-третьих, повторение (ср. VII:15; ХIX:6) закона о съедении мяса жертвы благодарности в самый день жертвоприношения.

Общее заключительное увещание (ср. VIII:30; XIX:37) к точному соблюдению законов о жертвах, так как всякое нарушение этих законов, всякий произвол в совершении жертв, есть отрицание идеи и принципа жертва — служить средством освящения Израиля от Иеговы, Бога откровения, исторически открывшегося народу израильскому в изведении его из Египта.