اللاويينالأصحاح 3

Жертва мирная или жертва спасения (LXX: θυσια σωτηριας) вместе с жертвою всесожжения (olah) была дальнейшею, дозаконною жертвою, которую, напр., видят некоторые в жертве (zebach) Иакова при расставании с Лаваном (Быт XXXI:54), поскольку жертва здесь была соединена с пиршеством, как было обычно при жертве мирной; равным образом Иофор, еще до дарования закона, совместно с евреями приносит и всесожжение, и жертву мира. Этою давнею известностью обеих жертв объясняется краткость постановлений о них в законодательстве. Однако, кроме III гл. Лев, законодатель еще не раз возвращается к речи о жертве шламим (Лев VII:11–21, 28–36; XIX:5–8; XXII:29–30), причем выступают 3 вида мирной жертвы: 1) жертва хвалы (z. todah schlamim, Лев VII:13; XXII:29), приносимая по побуждениям благодарности Иегове за благодеяния Его и прославления, 2) жертва обета (zebach neder) и 3) жертва вольная (z. nedabah, Лев VII:16; XXII:18–21). Словопроизводство термина schlamim двоякое: от schalom — мир или от гл. schalem — быть целым, исполнять воздавать; в первом случае дается идея полного мира приносителя с Богом, во втором — идея благодарности Богу за благодеяние. Главное различие обряда этой жертвы от всесожжения — то, что в первой пол животного считался безразличным, только требование беспорочности и здесь оставалось в силе. Не упоминается при жертве мирной о птицах, как материале: обычное при жертве мирной разделение жертвенного мяса на 3 части: для сожжения Иегове, для священников и для приносителей делало невозможным употребление малой птицы в этом жертвоприношении.

(ср. 6–10, 12–16). Операции при принесении жертвы мира до кровекропления включительно сходны с действиями при всесожжении, и лишь в употреблении жертвенного мяса выступают характерные различия обоих родов жертвы. При жертве мира сожигалось не все мясо животного, а лишь некоторые специальные жертвенные части, именно: тук на внутренностях и вообще весь тук, сальник на печени, обе почки, а у овец еще курдюк — на Востоке у овец (ovis laticaudata) очень большой (ст. 9). Эти жирные части (самый жир не употребляется в пищу евреев, ст. 17) сожигались обычно «на жертвеннике вместе с всесожжением, которое на дровах, на огне» (ст. 5). В символическом смысле это могло означать «страсти похоти, которые надлежит умерщвлять в славу Божию» (Н. Grotius). Затем, лучшие части мяса, грудь (хазе, chaseh) и правое плечо (шок, schoq) выделялись служащему священнику, причем грудь предварительно приносилась Иегове. Через символический обряд «потрясения» («тенуфа», tenuphah, — Лев VII:30; VIII:25; X:14), состоявший в том, что грудная часть полагалась на руки приносящего жертву, а священник, подложив свои руки под руки приносящего жертву, двигал их взад и вперед, ducebat et reducebat (Мишна, Менахот V:6) — обряд, видимо, напоминающий православно-церковное возношение св. даров. Затем грудь отдавалась священнику, который с семьею, изжарив или сварив мясо, вкушал на чистом месте (Лев VII:30; X:14). Остальное мясо поступало в пользу приносителя, который учреждал пиршество (Втор XXVII:7), с участием в нем членов его семейства и других приглашенных — чистых в левитском смысле.

Употребление внутреннего сала и крови евреям воспрещается частью по основаниям гигиеническим: в жаркой Палестине сало и кровь легко подвергаются порче, частью по побуждениям нравственно-религиозным: с целью возбудить и поддерживать в евреях уважение к жизни, седалище которой — в крови (Лев XVII:11), а также предохранить их от увлечения идоложертвенным и суеверным употреблением крови в языческих культах. Особое, именно искупительное, значение крови при ветхозаветном алтаре указано в Лев XVII:11.