GalaterKapitel 1

. Апостолами в первенствующей Церкви назывались вообще проповедники Евангелия, а не только ученики Самого Христа. Апостола Павла иудействующие и хотели приравнять к обыкновенным проповедникам Евангелия, говоря, что он не слушал Самого Христа и стоит ниже какого либо Апостола из числа 12-ти. Поэтому то Павел и выставляет на вид, что он - Апостол в полном смысле этого слова, равный всякому Апостолу из числа 12-ти. Он, во-первых, избран на свое служение "не человеками", т. е. или другими Апостолами, или собранием верующих, как избраны были напр. церквами Тит и Епафродит (2Кор. VIII:23; Фил II:25). Во-вторых, он призван и "не через человека", т. е. Христос не через чье-нибудь посредство поставил его на апостольское служение, а Сам непосредственно призвал его. Впрочем, первым виновником своего призвания Павел называет "Бога Отца, Который воскресил Христа из мертвых". О последнем факте Ап. упоминает в тех видах, чтобы показать, что на его стороне стоит и Христос, и Бог Отец: его, собственно, призвал Христос, а Христа поставил в такое состояние, что Он может призывать снова, по воскресении, себе Апостолов. - Бог Отец. Ап. говорит здесь, что Христа "воскресил" Бог Отец, как и посл. к Рим (VIII:11), имея в виду, что Христос был действительно воскрешен Отцом, так как Он, как Богочеловек, во всем ставил Себя в зависимость от Отца (Ин V:19). Но Ап., тем не менее, был в тоже время вполне убежден, что Христос, как Бог, воскрес Сам (Рим IV:25; VIII:34).

. Ап. хочет сказать, что все, окружающие его в настоящее время, христиане (вместо "находившиеся" лучше перевести "находящиеся") сочувственно относятся к предпринятому им шагу по отношению к Галатским церквам и согласны с его взглядами.

. Ап. не присоединяет, против своего обыкновения (ср. напр. вступление в посл. к Рим и 1 Кор), похвалы читателям за твердость их веры. Это показывает, что Ап. слишком сильно был огорчен поведением галатских христиан, которые в настоящее время держали сторону противников Павла - иудействующих. - Благодать и мир - ср. Рим I:7.

. В приветствии Ап. сразу намечает основное содержание следующих глав. Он говорит о себе, что он - настоящий Апостол Христов - что не хотели признать за ним иудействующие, пользовавшиеся в то время в Галатии влиянием - и что Христос отдал Себя на смерть для того, чтобы искупить людей от подчинения настоящему лукавому веку. Последнюю мысль Ап. высказывает, опять имея в виду иудействующих, которые, можно сказать, лишали надлежащего достоинства подвиг Христа, выставляя на вид необходимость для спасения еще и закона Моисеева.

. Ап. конечно имеет здесь в виду иудействующих, которые, выставляя свое требование о том, что и в христианстве необходимо соблюдение обрядового закона Моисеева, этим самым как бы ослабляли силу искупительных заслуг Господа Иисуса Христа. Ап. говорит поэтому, что Христос "отдал Себя в жертву за грехи наши, для того чтобы согласно воле или решению нашего Бога и Отца, избавить нас от подчинения настоящему лукавому веку или, иначе, такому порядку жизни, при котором человек не мог не грешить". Если же Ап. называет этот порядок жизни "настоящим" (ενεστως), то это не значит, что он еще продолжается: слово это равняется здесь выражению "сей" (Рим VIII:38; 1Кор.III:22) и представляет собою противоположность выражению "век будущий", как обозначается в Н. Завете времена мессианского спасения (Мф XII:32; Рим VIII:38). - Так как иудействующие, отнимая значение у заслуг Христа, вместе с этим унижали и Бога и Отца нашего, Который соблаговолил принять эти заслуги как вполне удовлетворяющую за грехи человечества жертву, то Ап. в конце приветствия воссылаеть славословие Богу и Отцу.

. От призвавшего - от Бога (ср. 1 Сол II:12; Еф IV:4). - Благодатью Христовою. Последнее выражение (Χριστου) новейшими исследователями текста признается неподлинным (см. Цана стр. 44 с указанием на древнейшие кодексы, в которых нет этого выражения). Если же читать просто "благодатью", то под призвавшим можно разуметь Самого Христа. - Так скоро, т. е. так быстро, нисколько не раздумывая. - Ко иному благовествованию, т. е. к новому вновь появившемуся (ετερος - обозначает различие только в количестве или времени происхождения). Иудействующие пришли в Галатию с другим или вторым благовествованием о Христе, объявляя этим самым прежнее благовествование Апостола Павла недостаточным. Может быть они говорили, что Ап. забыл сообщить Галатам о том, что Христос всегда выступал, как признающий вечное значение закона Моисеева (Мф XVII-XIX). Они советовали Галатам совсем забыть проповедь Павла как недостаточно освещающую дело Христово.

. Которое впрочем не иное… Здесь уже Ап. употребляет другой термин для обозначения проповеди иудействующих. Не иное - "αλλο", т. е. не иное по качеству, не другое по содержанию, не отличное от моего по содержанию. Что, в самом деле, нового о Христе могли сообщить иудействующие Галатам? Ап., без сомнения, изобразил жизнь и учение Христа во всей подробности, и прибавить что-нибудь к действительной истории Христа, не впадая в фантастические выдумки, иудействующие, конечно, не могли… - А только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. Да, - как бы говорит Апостол, - прибавить к моему Евангелию иудействующие ничего не в состоянии. Им хочется только произвести среди вас смущение, тревогу (смущать по греч. ταρασσειν = обеспокоивать, повергать в тревогу), переиначить Евангелие о Христе (μεταστρεψαι, А του Χριστου - род. предметный), которое в совершенно правильной форме изложил Галатам Ап. Павел. Переиначить же Евангелие иудействующие, очевидно, хотели привнесением в него учения о необходимости и в христианстве соблюдать обрезание и закон [Здесь произносится осуждение на все попытки нашего времени дать человечеству какое-то "новое" Евангелие. Так, несомненно, под это осуждение апостольское подпадает и сказавшееся на Берлинском религиозном конгрессе (1910 г.) направление, которое хотело выработать новое прогрессивное христианство, основным учением которого должна служить идея о ненужности искупления. Такие новые учители забывают, что истинный религиозный прогресс состоит не в изобретении и открытии нового Евангелия; таким прогрессом может быть назван только тот, который все более и более углубляет наше познание и опытность в отношении к старому Евангелию. Тысячелетний опыт подтверждает, что только это Евангелие есть сила Божия, которая спасает всякого, кто верует в него.].

. Не то, что мы… правильнее: вопреки тому, что мы (παρο) или: кроме того, что мы благовествовали, т. е. с прибавлениями от себя. - Но если бы даже мы… Ап. предполагает, на основании примера Ап. Петра (см. дальше гл. II ст. 11-14), что даже он не гарантирован от возможности измены своему Евангелию (напр., под действием мучений). - Ангел с неба. Это - случай невозможный, и Ап. приводит его только для усиления мысли. Следует поэтому здесь вставить выражение: "если бы это было возможно"… Анафема. У 70-ти это слово служит термином для обозначения понятия "херем" - отлучение, назначение чего либо, взятого из имущества или семьи человека, Богу или для того, чтобы привести это, как дар Богу, или же для уничтожения, как предмет, возбудивший против себя гнев Божий. Как и в других посланиях Ап. Павла (ср. напр. 1Кор.XVI:22), здесь это слово употреблено в последнем смысле. Но в каком смысле Ап. понимает самое отлучение - в смысле ли суда Божия, или суда Церкви? Цану представляется, что здесь сказано только, что такой проповедник Евангелия предоставляется суду Божию, а не дисциплинарному церковному суду (стр. 50). Но понятие анафемы или херема у евреев предполагало собою удаление из общества израильского (ср. 1 Езд X:8; Неем XIII:28). Если же Цан находит невозможным применение церковного отлучения к Ангелу, то и это возражение неосновательно: ведь Ап. мыслит здесь Ангела, как присутствующего на земле в виде человека и как члена Церкви, а, след., как в некотором роде подлежащего церковной дисциплине (опять, разумеется, предположительно) [Некоторые полагают, что если бы Ап. Павел жил в наше время, когда о христианстве среди христиан существуют различные взгляды, то он не отнесся бы с такою строгостью к разномыслящим с ним. Таким образом, Ап. несколько заподозривается в излишней горячности и резкости, которая будто бы объяснима только условиями тогдашнего времени… Но рассуждать так совершенно нет основания. Ап. говорил так резко об иномыслящих потому, что он питал горячую любовь к Галатам, которых сбивали с пути спасения иудействующие, и затем потому, что он глубоко сознавал истинность своей проповеди. При таких же чувствах он несомненно и в наше время с не меньшей резкостью отозвался бы о тех мнимых христианских мыслителях и учителях, которые похищают у простых верующих их самое дорогое достояние - веру во Христа, как в Сына Божия, воплотившегося для нашего спасения и искупившего нас. И тем из современных христианских пастырей, которые слишком снисходительно относятся к иномыслящим, иномыслие которых подрывает самые основы истинной веры, следовало бы подражать великой ревности Апостола языков…].

. Итак, на иудействующих, искажавших Евангелие Христово, Ап. изрекает анафему. Но это не должно поражать Галатов: ведь и прежде, во время второго своего пребывания в Галатии, он говорил тоже самое (ср. V:3 и 21). Но тогда он высказывал это, как предположение, потому что иудействующие в то время еще не выступали открыто, а теперь он прямо посылает отлучение появившимся или имеющим появиться вновь лжеучителям. - Мы сказали. По мнению Цана, здесь Ап. как и в 8-м стихе (мы благовествовали) имеет в виду не только себя, но и своих помощников в деле проповеди Евангелия.

. Указывая на повод, по какому он обращается к Галатам с посланием, Ап. говорит, что Галаты позволили лжеучителям отвлекать себя от Бога, Который призвал их к общению с Собою во Христе. При этом он упоминает о том, что Галаты стали на сторону противников Павла. Итак отдаление от Бога и Христа и в то же время потеря доверия к их просветителю Павлу - вот что побуждает Апостола обратиться к Галатам с словом строгого увещания.

. Иудействующие, по всей вероятности, ставили в упрек Павлу его кажущуюся непоследовательность: "то он - говорили иудействующие - применялся к обычаям иудеев (Гал V:11; ср. 1Кор.IX:20), то жил с язычниками, как язычник (ср. 1Кор.IX:21). Не было ли это проявлением желания во что бы то ни стало умножить число расположенных к нему лиц?". Так рассуждали, вероятно, пред слушателями в Галатии иудействующие. Ап. и говорит теперь, приступая к самозащите, что он так никогда не поступал: единственно только Божия благоволения искал он, а каких либо видов на уважение со стороны людей он никогда не имел, и потому его нельзя обвинять в подделывании своего образа действий под случайные вкусы слушателей. И как бы он мог стать рабом Христовым, если бы у него была склонность искать популярности? Он в иудействе пользовался огромною популярностью и однако пренебрег ею, чтобы пойти тернистым путем раба Христова - проповедника Евангелия…

. Так как иудействующие поставляли в сомнение божественное происхождение Евангелия, которое проповедывал Ап. Павел, то Ап. прежде всего высказывает то положение, что его Евангелие не есть человеческое. Он не принял его, как нечто целое (παρελαβον), и не научился его понимать (εδιδαχθην) ни от кого из людей, но через откровение, полученное им от Самого Иисуса Христа. Пред ним Христос как бы сразу открыл завесу, закрывавшую пред взорами Павла истинное христианство, и Апостол понял все его величие. Конечно, нельзя думать, что это совершилось в один момент - при Дамаске: Ап. здесь, несомненно, разумеет все многочисленные бывшие ему откровения, в которых он узнал все тайны христианской веры (ср. 2Кор. XII:2), - откровения, полученные им до написания послания к Галатам. Заметить нужно, что этим не отрицается возможность того, что Апостол ознакомлялся с историческими событиями из жизни Христа через разговоры с старейшими по времени обращения ко Христу христианами; откровение сообщает только идеи, а не исторические факты.

. Жизнь Апостола до обращения его ко Христу ясно свидетельствует о том, что он не мог проникнуться идеями христианскими в это время. Он был ярый гонитель христианства, который не хотел вовсе проникнуть в сущность нового учения. Он не похож был на некоторых фарисеев, которые в отношении к христианству заняли выжидательное положение (ср. Деян V:34-39). Он преуспевал в иудействе, т. е. в той жизни, какая сложилась в иудействе под влиянием преданий старцев, и был среди своего поколения (в роде моем) неумеренным по своей ревности проводником в жизнь тех традиций, какие он унаследовал от своего отца или от своих предков вообще (слово πατρικος не то же, что πατρωος: оно обозначает предания - в данном случае очевидно фарисейские - хранившиеся в известной фамилии строже, чем в других).

. Но не мог ли Апостол после своего обращения ко Христу подчиниться человеческому влиянию в выработке своего миросозерцания? Так бывало, конечно, со всеми принимавшими христианство в то время: Галаты по себе самим, конечно, знали, что без наставления со стороны других они не могли бы стать тем, чем стали. Вот, чтобы исключить предположение о таковом постороннем на него влиянии, Апостол и отмечает как весьма важный факт, что он, после своего обращения, не пошел в Иерусалим, чтобы получить наставление в вере от Апостолов, а ушел в Аравию, откуда опять, не заходя в Иерусалим, бывший в то время центром христианства, возвратился в Дамаск. - Избравший меня… см. Толков. Библия т. Х-й. - Открыть во мне Сына Своего. В душе Апостола до его обращения царила тьма, препятствовавшая ему увидеть в гонимом им Иисусе истинного Мессию и Сына Божия. Тьма эта состояла из иудейских предрассудков и, в особенности, из фарисейских стремлений, которые до тех пор владели душою Павла. Препобеждение этих предрассудков через особое воздействие Божественное на душу Павла (ср. Ин VI:44) и есть "открытие Сына Божия", о котором здесь говорит Апостол. Только через него пришло к своему полному развитию и стало действенным то первое самооткровение Христа (ст. 12-й), с которым было непосредственно связано призвание Павла в лоно Церкви Христовой и к апостольскому служению. Три дня телесной слепоты (Деян IX:2), которые следовали за явлением Христа Павлу и призванием Апостола, и можно рассматривать как время, в которое совершилось воздействие Божие на душу Павла. - Чтобы я благовествовал Его язычникам. Целью такого "открытия Сына Божия" в душе Павла было то, чтобы Павел стал проповедником Евангелия среди язычников. И мог ли, в самом деле, Павел не проповедывать язычникам Того, в Ком он, по особому воздействию Божию на его душу, узнал истинного Сына Бога? Как Бог есть Бог иудеев и язычников (Рим III:29), так и Христос - Сын Бога - должен быть безусловным достоянием всех народов. Такова была цель, какую имел Бог при том "открытии Сына Своего" Павлу. - Я не стал… Ап., получивши прямое разъяснение от Бога о Христе, не нашел нужным предлагать приобретенное им таким чрезвычайным способом убеждение на суд людей (плоти и крови ср. Еф VI:12; Мф XVI:17): это было бы с его стороны проявлением неуважения к божественному научению. - Тогда же. Он так думал и поступал начиная с тех самых дней своего призвания. Очевидно, враги его внушали Галатам, что в первое время после своего обращения Павел все-таки искал себе признания у старейших христиан и Апостолов, старался получить от них некоторые нужные ему указания и только впоследствии неожиданно прервал с ними всякое общение и выступил с своим "ложным" евангелием в открытом противоречии с Иерусалимскою церковью. - И не пошел в Иерусалим… Где же, как не в Иерусалиме, этом старейшем городе христианства, Павел мог бы искать себе указаний, если бы в них нуждался? Однако он не пошел туда (απηλθον - по лучшему чтению, т. е. не оставил Дамаска, чтобы идти в Иерусалим). - К предшествовавшим (Τ. προ εμου), т. е. ранее меня призванным. - А пошел в Аравию, т. е. если куда и ходил, может быть даже неоднократно, - из Дамаска, который служил три года после обращения постоянным местом его пребывания, - то только в Аравию - в область лежавшего к юго-востоку от Дамаска царства Наватеев, в котором правителем был царь Арета (2Кор. XI:32). Относительно своего пребывания в Аравии Ап. более ничего здесь не говорит - это ему было не нужно (об этом см. Толк. Библию т. X). Ему хочется показать только свою независимость от влияния человеческих авторитетов, и это он делает упоминая о том, что выходил из Дамаска только в Аравию, где, конечно, не мог встретиться с Апостолами из 12-ти…

. Только три года спустя после своего обращения, когда, следовательно, воззрения Ап. Павла должны были принять совершенно законченный вид, он ходил в Иерусалим для того, чтобы увидеться или познакомиться (ιστορησαι) как следует (некоторое, поверхностное знание о Петре Павел уже имел и раньше) с Ап. Петром. Иудаисты, по-видимому, и это посещение Павлом Иерусалима перетолковывали по своему… Имея это в виду, Павел говорит об этом посещении им Иерусалима в совершенно холодном тоне. Как любознательный путешественник отыскивает наиболее славные города и хочет посмотреть на все их достопримечательности, так и Павел путешествовал в Иерусалим, чтобы познакомиться, на свободе, с главою тесного круга учеников Христовых - Ап. Петром. Но Павел пробыл в Иерусалиме только пятнадцать дней - время очень незначительное для того, чтобы научиться всему, так сказать, сначала и чтобы забыть все то, что в течении трех лет нажито было Апостолом вдали от Иерусалима… С другими же Апостолами из числа 12-ти Павлу в тот раз и познакомиться не пришлось - вероятно, их не было в Иерусалиме. Чтобы быть точным в своем сообщении о пребывании в Иерусалиме - ведь Ап. имел в виду, что его послание будут читать и враги его, иудействующие, которые, конечно, постараются указать все недоговоренное Апостолом, он прибавляет, что видел в тот раз и брата Господня Иакова, предстоятеля Иерусалимской церкви (см. Тол. Библию т. Х-й). При этом Ап., вероятно, не без намерения употребляет слово "видел": он хочет этим дать понять, что он именно только видел, но не учился у Апостола Иакова, не старался у него узнать чего либо в области христианского вероучения, что было бы ему, Павлу, неизвестно.

. С 11-го стиха начинается апологетическая часть послания, заканчивающаяся 21-м стихом ІІ-й главы. Здесь Ап. доказывает, что его Евангелие не есть Евангелие, полученное им от людей, а получено им от Самого Христа. Тут он подробно описывает свою жизнь по обращении в христианство и ясно показывает, что не имел учителей даже из числа 12-ти Апостолов.

. Подтвердивши истину своего показания клятвою, Ап. делает замечание о том, что имело место в его жизни после указанного выше посещения им Иерусалима. Он отправился из Иерусалима (пробывши некоторое время в Кесарии Деян IX:30) в страны Сирии и Киликии. Точнее было бы сказать: в Киликию (и именно прежде всего в г. Тарс Деян IX:30) и - потом - в Сирию, но Ап. упоминает сначала о Сирии, потому что мыслит при этом о расположении стран географическом: с Палестиною же прямо граничила именно Сирия, а потом уже, за Сирией, шла Киликия. Этим упоминанием о далеких от Иерусалима областях Ап. хочет сказать, что он и после посещения им Иерусалима стоял вдали от всякого влияния первоапостолов. Затем он отмечает еще особенно важный для него факт. Разные палестинские провинциальные христианские общины не знали Апостола Павла лично, но слышали, конечно, от иерусалимлян, что Ап. Павел, бывший некогда яростным гонителем христианства, теперь стал проповедником этого христианства. Очевидно, что Ап. Павел в дни своего пребывания в Иерусалиме, - именно в те 15 дней - успел уже выступить там с проповедью Евангелия как вполне самостоятельный проповедник (см. Рим XV:19). Этот отзыв иерусалимских христиан о проповеднической деятельности Павла, в общем, очевидно, был очень сочувственный, и провинциальные палестинские христиане славили Бога, сделавшего из врага их - ревностного проповедника о Христе. Ясно - как бы так говорит Апостол, - что в первое время после моего пребывания в Иерусалиме там и мысли не было о том, что я ввожу какое то новое учение о Христе. К нему относились очень сочувственно, и только в последнее время это отношение изменилось…