MarkusKapitel 1

По русскому переводу первый стих стоит в непосредственной связи с следующими тремя стихами, и мысль всех первых четырех стихов, по общепринятому толкованию (см. Толк. Еванг. еп. Михаила), такая: "началом Евангелия Христова о наступлении благодатного Царства Мессии было явление Иоанна Крестителя, который проповедовал крещение покаяния для отпущения грехов". - Но с таким пониманием первого стиха нельзя согласиться. Если предложение первого стиха считать подлежащим, а продолжение четвертого стиха - сказуемым (второй и третий стихи будут в таком случае выносным предложением), то получается слишком растянутый период, Между тем евангелист Марк везде в Евангелии выражает свои мысли в сжатых предложениях. Затем. Если евангелист хотел особенно выставить на вид своим читателям, что выступление Иоанна Крестителя было началом Евангелия, то следовало бы ожидать, что он в точности отметит, что было продолжением этого начала. Однако, такого точного обозначения мы далее не находим. В виду сказанного лучше принять, как более естественное, такое понимание первого стиха, которое видит в нем написание книги. "Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия" (Иисуса Христа - родит. принадлежности), т.е. радостная весть, как ее возвестил Иисус Христос, Сын Божий, в той форме или в том виде, в каком она предлагалась на первоначальной стадии христианского просвещения стоявший христианам, еще только вступившим в Церковь Христову (подробнее об этом см. во "введении" - в статье "О цели написания Евангелия от Марка"). - Иисуса Христа см. Мф I, 1. - Сына Божия. Если ев. Матфей, писавший свое Евангелие для христиан из иудеев, должен был показать им, что Христос происходит от праотцев иудейского народа - Давида и Авраама (I, 1), то евангелисту Марку, как писавшему свое Евангелие для христиан из язычников, не было надобности в подобном указании. Он прямо называет Христа Сыном Божиим - конечно, в смысле исключительном, как Единородного от Отца (см. Мф XVI, 16). - Но если Евангелие, которое далее Марк предлагает своим читателям, исходит от Сына Божия, то оно - как бы говорит он - должно иметь непререкаемый авторитет для всех [В некоторых древних кодексах (напр., в Синайском) и у некоторых св. Отцов и писателей церковных слов "Сына Божия" не читается. Но зато большинство кодексов, как Ватиканский, Парижский, и сирийские и латинские переводы это прибавление имеют].

Эти три стиха представляют собою один период. Согласно (союзу как в лучших греческих кодексах соответствует частица καθως, а не ως, как в нашем кодексе Receptus) с предсказаниями пророков Малахии (III, 1) и Исаии (XL, 3), предсказавшими о пришествии Предтечи Мессии , имеющего подготовить народ иудейский к принятию Мессии, явился Иоанн, крестя в пустыне и проповедуя крещение покаяния для отпущения грехов. [Вместо выражения "у пророков" многие древние кодексы читают "у Исаии пророка". Но есть также древние кодексы, в том числе Александрийский (V в. ), которые имеют принятое у нас чтение. Заметить нужно, что при чтении "у Исаии пророка" является большое затруднение, каким образом объяснить то обстоятельство, что евангелист далее прямо приводит пророчество не Исаии, а Малахии.] - Таким образом, явление Иоанна не было чем-то совершенно неожиданным: оно давно уже было предсказано. Пророчество Малахии об Иоанне Предтече (см. Толк. на пророка Малахию в Толк. Библии т. 7-й) евангелист приводит раньше, чем пророчество Исаии, более древнего пророка, конечно, потому, что первое пророчество с большею определенностью говорит о пришествии Предтечи Мессии, чем второе. Замечательно, что пророчество Малахии ев. Марк приводит не по подлиннику и не по переводу LXX-ти, который в этом случае повторяет довольно точно мысль и выражение подлинника, а следует в этом месте ев. Матфею. Вместо выражения подлинного текста: "пред лицем Моим" ев. Матфей, а за ним и Марк, читает: "пред лицем Твоим". По переводу обоих евангелистов, Бог у Малахии обращается, следовательно, к самому Мессии с предсказанием о послании пред Его пришествием особого Ангела или предвестника - Предтечи. У пророка же содержится обращение Иеговы к народу иудейскому (ср. Мф II, 10). - Пророчество Исаии о голосе вопиющего в пустыне (гл. XL ст. 32 - см. толк. на кн. Исаии в Толк. Библ. т. 5-й) приводится здесь, как поясняющее собою приведенное выше пророчество Малахии и вместе как первооснова первого пророчества. Вестник Иеговы, о котором говорил Малахия, есть именно тот самый, о котором еще раньше предсказывал Исаия пророк - такой смысл приведения пророчества Исаии. Отсюда же можно всякому видеть, что евангелист отождествляет Иегову, Который в Ветхом Завете через пророков предвозвещал о Своем пришествии, с личностью Господа Иисуса Христа. Место из Исаии ев. Марк приводит по тексту LXX-ти (ср. Мф III, V). - В пустыне. Ев. Марк не определяет, какую он разумеет пустыню (ев. Матфей прямо называет ее "иудейскою"). Это может быть объяснено тем, что Марк, как житель Иерусалима, считал излишним ближайшее определение того, что он разумеет под пустынею: Иерусалимляне под "пустынею" привыкли понимать именно иудейскую пустыню, т.е. страну между горами иудейскими и Иорданом, к северо-западу от Мертвого моря (ср. Суд I, 16; Пс LXII, 1). - Проповедуя. Проповедь Иоанна ев. Марк передает своими словами, тогда как ев. Матфей выводит говорящим самого Иоанна, (ср. Мф III, 1-2). - Крещение покаяния - см. ев. Мф III, 11. - Для прощения грехов. Прощение грехов было необходимым условием для того, чтобы человечество могло вступить в новую жизнь, какая открывалась с выступлением обетованного Мессии в народе Израильском. Но, во всяком случае, это прощение представлялось чем-то будущим, еще только имеющим наступить: и в самом деле, грехи человечества могли считаться прощенными только тогда, когда бы за них была принесена правде Божией вполне удовлетворительная жертва. А такая жертва в то время еще не была принесена [Блаж. Феофилакт говорит: "Предтеча проповедовал крещение покаяния для того, чтобы люди, покаявшись и принявши Христа, получили оставление грехов". Ясно, что и этот церковный толкователь относит "прощение грехов" ко времени, когда Христос будет уже "принят" с полною верою, как Искупитель…].

Ев. Марк повторяет здесь то, что сказано в Ев. Матфея (III, 5, 6). Только он сначала упоминает об "иудейской стране", а потом уже об "иерусалимлянах" Может быть, здесь сказывается намерение Марка, - писавшего свое Евангелие для христиан из язычников, которые не могли очень симпатизировать городу, в котором был умерщвлен Христос, - поставить Иерусалим не на таком видном месте, на каком его ставит писавший свое Евангелие для христиан из иудеев Матфей (проф. Богословский Обществ. служение Господа Иисуса Христа вып. 1-й с. 36).

Об одеянии Иоанна ев. Марк говорит согласно с ев. Матфеем (III, 4), но описывает это одеяние после того уже, как упомянул о толпах народа, приходивших к Иоанну креститься. - Не был ли Марк сам в числе тех, которые совершали путешествие в пустыню к Иоанну? По крайней мере, едва ли можно допустить, чтобы он, будучи молодым человеком и, несомненно, интересуясь религиозными вопросами, мог спокойно сидеть дома в Иерусалиме в то время, когда поблизости, в пустыне иудейской, совершаемо было Иоанном великой важности символическое действие - крещение.

Ев. точнее, полнее теперь сообщает содержание проповеди Крестителя. Это проповедь о Мессии (см. Мф III, 11). Иоанн считает себя недостойным исправить у Мессии даже дело раба: нагнуться и развязать ремень у обуви. Здесь ев. Марк ближе к ев. Луке (III, 16), чем к Матфею.

(Ср. Мф III, 13). Ев. Марк точно обозначает, что Христос пришел из Назарета (о Назарете см. Мф II, 23).

(См. Мф III, 16).

(См. Мф III, 17). У ев. Марка, как и у Луки, голос Бога обращен прямо ко Христу, тогда как у Матфея - к третьему лицу, вероятно, к Предтече [Г. А. Холмовский (Христ. Чт. 1910. янв. с. 39-41) предлагает такой перевод обращения Бога Отца к Сыну: "Ты - любимый Сын Мой; чрез тебя явил я благость мою". Действительно, лучше видеть в этих словах не указание на благоволение Отца небесного, сосредоточивающееся в Единородном Его Сыне, но указание на Богоотеческое благоволение, проявившееся в Сыне (или через Сына) к людям. За это говорит и значение аориста ευδοκησα (акт однократный, обозначающий послание на землю Сына Божия для искупления людей), и то, что глагол ευδοκησα, собственно говоря, является уже лишним после выражения: "Ты сын мой любимый", если опять этот глагол относить к личности Христа, а не к роду человеческому…].

(Ср. Мф IV, 1). Ев. Марк говорит, что Дух Святой с силою увлекает (εκβαλλει) Христа в пустыню. Христос чувствует как бы неудержимое влечение пойти в пустыню и там вступить в борьбу с сатаною.

Ев. Марк кратко передает об искушениях Христа от диавола, очевидно имея пред собою уже подробное изложение истории искушения у ев. Матфея (IV, 2-10). Но он прибавляет, что Христос был в пустыне "со зверями". Этим евангелист хочет сказать, что Христос восстановил через победу Свою над сатаною те отношения подчиненности зверей человеку, в каких все животные находились по отношению к еще безгрешному Адаму. Пустыня, таким образом, превращена Христом в рай (ср. Иов V, 23; Ис II, 6 и сл. ). - И Ангелы… см. Мф IV, 11.

Евангелист Марк, как и Матфей (V, 12), пропускает историю деятельности Господа Иисуса Христа в Иудее и по прибытии Его в Галилею, о которой подробно говорит ев. Иоанн Богослов (Ин I, 29 - V гл. ) и которая обнимает собою приблизительно время около 1 1/2 лет, по меньшей мере. Заключение Крестителя под стражу, по ев. Марку, побудило Христа выступить на открытую деятельность в Галилее. - Царствия Божия. Ев. Марк употребляет это выражение около 14 раз. Он берет его, конечно, в том же смысле, в каком у ев. Матфея употребляется большею частью выражение "Царствие Небесное". Но ев. Марк, как писавший свое Евангелие для христиан из язычников, находил лучшим употреблять прямое, строгое и точное обозначение царства, какое пришел основать Христос, чем, подобно ев. Матфею, писавшему для христиан из иудеев, уже знакомых с богословской терминологией, употреблять выражение метафорическое, описательное. - Царствие Небесное - выражение, еще требующее для себя пояснения. Истолкование же самого термина "Царство Божие" см. у Мф VI, 33 ср. III, 2. - Исполнилось время - точнее: пришел к концу своему срок или период, т.е. период, назначенный Богом для подготовления человечества к принятию Спасителя (ο χαιρος, а не χρονος). Настоящее время, которое еще переживают слушатели Христа, есть время перехода к Новому порядку жизни - к Царству Божию. - Веруйте в Евангелие. По-гречески здесь стоит εν τω ευαγγελιω = в Евангелии. Выражение это необычно в Новом Завете - глагол ηιστευειν везде употребляется с предлогом вин. падежа. Поэтому лучше с некоторыми древними кодексами (напр., с Оригеном) читать выражение τω ευαγγελιω без всякого предлога и переводить: "веруйте Евангелию", т.е. Богу, Который говорит людям в Евангелии. - Прочее дано в толков, на Ев. Матфея (IV, 12, 17).

О призвании первых 4-х учеников см. в объяснении на Ев. Матфея гл. IV. ст. 18-22. Ев. Марк упоминает о работниках, какие были у Зеведея (ст. 20): об этих работниках ев. Матфей не говорит. - Призвание это, конечно, было уже не первое: как видно из Ев. Иоанна, означенные здесь четыре ученика были призваны к последованию за Христом уже давно - после крещения Христа на Иордане (Ин I, 35 и сл. ).

Отдела с 21 по 28 стих нет у ев. Матфея, но есть у ев. Луки (IV, 31-37). - Приходят - конечно, Господь с четырьмя учениками Своими. - В Капернаум - см. Мф IV, 13. - В субботу - в греч. тексте здесь стоит множ. число (τοις σαββασιν), но оно у ев. Марка употребляется в смысле единственного (ср. II, 23 и II, 27). - В синагогу - см. Мф IV, 23. - Учил. Содержание учения Христова здесь, вероятно, было такое же, какое указано выше, в 15-м стихе.

И дивились - см. Мф VII. 28-29.

- Одержимый духом нечистым - то же, что бесноватый (см. Мф IV, 24. ).

Оставь - по греч. ια. Это скорее восклицание, равняющееся нашему: ах (ср. Иез XXX, 2; Иер I, 2). - Что Тебе. См. Мф VIII, 29. - Назарянин. Так демон называет Христа, вероятно, имея целью возбудить к нему недоверие в слушателях, как к жителю презираемого города Назарета (ср. Ин I, 46). - Святый Божий. В Ветхом Завете так названы первосвящ. Аарон (Пс CV, 16) и пророк Елисей (4 Цар VI, 9). Но здесь, очевидно, это выражение берется в особенном исключительном смысле, как обозначающее божественное происхождение и божественную природу Мессии (ср. Мф VIII, 29; Сын Божий).

Господь не хочет слышать признания Мессианского достоинства из уст бесноватого: после могли сказать, что только сумасшедшие признавали Христа ["Свидетельство демона было совершенно неудобно и неприлично - оно представляло из себя страшный диссонанс с свидетельством Крестителя и голосом небесным, возвестившим о Христе…" Оно дало бы фарисеям некоторое основание обвинять Христа в пользовании силою князя бесовского (Эдершейм. Жизнь и время Иисуса Мессии т. 1, с. 610)]… Вместе с повелением "умолкнуть", Господь дает повеление злому духу "выйти" из бесноватого. Этим Господь показывает, что Он действительно победил сатану.

Слова очевидцев происшествия по лучшему чтению (Воленберга) должны быть переданы так: "Что это? Учение новое - со властью! И духам нечистым повелевает Он и они повинуются Ему". (В русском же переводе "повелевание" нечистыми духами ставится в зависимость от "учения" Христова, а такое объяснение не имеет никакой опоры…). Иудеи, таким образом недоумевали, с одной стороны, о характере нового учения, какое им предлагал Христос, а с другой, - о самом факте изгнания беса, так как Христос совершил это дело без всяких приготовлений, между тем как иудейские заклинатели совершали опыты изгнания демонов посредством различных довольно продолжительных заклинаний и манипуляций. - И скоро разошлась о Нем молва по всей окрестности в Галилее. Точнее: "по странам, окружающим Галилею", т.е. не только по Сирии, но и по Перее, Самарии и Финикии. Основанием для этой "молвы" было не только чудо исцеления бесноватого, а вообще вся деятельность Иисуса Христа (см. ст. 14-15).

Об исцелении тещи Симона (см. Мф VIII, 14-15).

Господь из всех к Нему принесенных больных исцелил многих - очевидно тех, кто был у Него на виду или же кто заслуживал исцеления (см. Мф VIII, 16). Ев. Марк к словам Матфея добавляет, что Господь не позволял бесам говорить, что они знают Его. Кажется, лучше видеть здесь указание на то, что Господь вообще говорить не давал демонам. На это намек мы находим в самом выражении, каким обозначено здесь слово "говорить" (λαλεΐν, а на λεγειν). Господь потому не давал говорить бесам, что они знали о Нем, Кто Он, а такого признания Своего достоинства из уст бесноватых Христос не хотел допустить по указанным выше (ст. 24) причинам. Исцеления были совершены, как точно обозначает Марк, вечером субботним, когда уже заходило солнце. Только теперь кончился субботний покой, и можно было совершить перенесение больных, которое не разрешалось в субботу.

Рано поутру, почти ночью (εννυχον λιαν - в русск. перев. неточно: "весьма рано") Господь вышел из дома Симона, где Он нашел Себе приют, и удалился в уединенное место для молитвы. О молитве Иисуса Христа - см. толк. ев. Мф XIV, 23. Спуржон по этому поводу говорит в одной из своих бесед: "Христос молится. Находит ли Он для Себя в этом покой после тяжелой дневной работы? Готовится ли к трудам следующего дня? И то и другое. Это раннее утро, проведенное в молитве, объясняет Его силу, какую Он обнаружил вечером… И теперь, когда дело дня сделано и чудесный вечер прошел, для Него еще не все кончено - Ему предстоит еще дело Его жизни и потому Он должен молиться… Труженик опять приближается к источнику силы, чтобы, выходя на предлежащую Ему борьбу, снова этой силой опоясать Свои чресла…" (Христос на молитве).

Симон с тремя учениками утром не нашли Иисуса в отведенной Ему комнате и стремительно побежали (χατεδιωξαν) Его отыскивать. Найдя Его, они сообщили Ему, что все, весь город, уже ищет Его, очевидно, чтобы послушать Его проповедь и получить от Него исцеления для больных. Но Господь не хочет возвращаться в Капернаум. Он зовет учеников в соседние местечки (так лучше перевести стоящее здесь слово χωμοπολεις, в русском переводе почему-то разделенное на два слова "селения" и "города"), т.е. в небольшие города, которые похожи по своему устройству на простые селения (выражение это в Новом Завете и даже у LXX-ти более не попадается). Господь хочет и там проповедовать, потому что именно для этого Он и пришел или, точнее, изошел (εξεληλυθα). Последнее выражение несомненно указывает на то, что Христос послан в мир Отцом Своим (ср. Лк IV, 43). По древне-церковным толкованиям Христос указывает здесь на истинность Своего Божественного достоинства и на добровольность истощения (см. у Воленберга с. 68 [Другие толкователи видят здесь только намек на желание проповедовать, какое Он имел, "выходя" из Капернаума (см. у Лагранжа)]).

Итак, Христос не вернулся в Капернаум, а проповедовал Евангелие в синагогах других мест и изгонял бесов. При этом Его сопровождали, по-видимому, вышеупомянутые четыре ученика. Об изгнании бесов св. Марк упоминает, не сообщая об исцелениях других больных, конечно, потому, что это дело представлялось ему самым трудным, так как здесь нужно было вступать в прямую борьбу с духами злобы, между тем как при исцелении простых больных Господь поражал сатану не непосредственно, а только как виновника первородного греха, повлекшего за собою всякие болезни в человечестве.

Об исцелении прокаженного - см. Мф VIII, 1-4. Ев. Марк здесь, впрочем, делает некоторые добавления. Так, он сообщает, что, исцелив прокаженного, Господь разгневался на него (εμβριμησαμενος - по русск. перев. неточно: "посмотрев на него строго") и изгнал (εξεβαλεν - по русск. пер. "отослал"). Гнев Христа объясняется тем, что прокаженный своим приближением ко Христу, которого окружали люди, нарушил закон Моисея, запрещавший прокаженным входить "в стан" Израильский (Лев XIII, 46). Затем ев. Марк прибавляет, что исцеленный не соблюл запрещения Христа и повсюду разглашал о совершившемся над ним чуде, отчего за Христом стало ходить чрезвычайно много народу, который хотел от Него не учения о Царстве Божием, а только чудес, который ждал, что Христос объявит Себя тем Мессией, какого ждали тогда иудеи. Даже в пустынных местах - замечает Марк - Христос не находил Себе покоя, и туда приходили к Нему целые толпы народа. - Выражение 45-го стиха: "вышедши", употребленное о прокаженном, может указывать на то, что он, по исцелении, пошел в свой дом, куда доселе не имел права показываться, и, проведя здесь некоторое время, отправился рассказывать о совершенном над ним чуде.