PhilipperKapitel 1

Павел, как и в остальных посланиях, написанных из первых римских уз (Флп I; Кол I:1), шлет читателям приветствие не только от себя одного, но и от ученика своего, Тимофея. Это здесь объясняется тем, что Тимофей был особенно близок филиппийцам. Он вместе с Павлом основал церковь и Филиппах (Деян 16:12 и сл. ), а потом долгое время после пробыл среди македонских христиан (Деян XIX:22; 1Кор.XVI:10; 2Кор. I:1). Павел, кроме того, намеревался еще раз послать Тимофея в Филиппы (II:19). - Рабы Иисуса Христа. Апостол не называет здесь себя апостолом, потому что в Филиппах его высокого апостольского достоинства никто не оспаривал. Название же "раб" нисколько не умаляет его достоинства, потому что оно обозначает его решимость посвятить всю жизнь свою на служение Христу (Кол IV:12). - Всем святым во Христе. Апостол обращается к филиппийцам не как к "церкви", а как к отдельным личностям, чтобы показать, что он относится к каждому из них с особой сердечностью. - Святым - название христиан (ср. 1Кор.I:2). - С епископами и диаконами. Только в этом послании мы находим особое упоминание в приветствии о епископах и диаконах. Причина этого заключалась несомненно в том, что главной целью послания было выразить благодарность за пособия, какие Апостол получил от Филиппийской церкви (II:25 и сл. ; IV:10 и сл. ). Между тем, кто же больше участвовал в сборе этих пособий, как не епископы и диаконы? Естественно, что Апостол счел нужным отдельно о них упомянуть. Но кто разумеется здесь под "епископами"? Конечно, не только епископы в нашем современном смысле слова, потому что в небольшой Филиппийской церкви едва ли была нужда в нескольких лицах епископского сана. Вероятно, что под "епископами" здесь разумеются и епископ и пресвитеры, которые в век Апостольский несомненно иногда назывались епископами (см. напр. посл. к Титу I:5 и 7). Такую мысль высказывает и св. Иоанн Златоуст, а также блаж. Феодорит и др.

См. Рим I:7.

Как было у него в обычае (исключая послание к Галатам), Апостол начинает послание благодарностью Богу. Он благодарит и всегда Бога, как только вспоминает о филиппийцах: так приятно ему это воспоминание о них, так радуют они его сердце!

Когда он совершает свою обычную молитву, он не забывает помолиться и за филиппийцев и совершает эту молитву с чувством радости.

Причина этой радости та, что филиппийцы с самого же первого дня, когда Апостол со своими спутниками явился к ним как проповедник Евангелия, и до настоящего времени продолжают оказывать самое горячее и деятельное сочувствие делу евангельской проповеди. Они, так сказать, сами стали миссионерами, и, кроме того, пожертвованиями на дело миссии содействуют немало ее успехам.

При этой молитве взор Апостола направляется и на будущее. В будущем он предвидит дальнейшее усовершенствование филиппийцев в избранном ими высоком подвиге. Уверенность Апостола основана на том, что Сам Бог поставил их на этот путь и поддерживает в них верность Евангелию. Но Бог несомненно не оставляет Своего дела недоконченным: Он даст филиппийцам силы достигнуть, дожить до второго явления Христа (день Иисуса Христа см. 1Кор.I:8) в таком же добром и даже еще лучшем состоянии.

Эту уверенность в Апостоле кроме того поддерживает то обстоятельство, что Апостол не может их себе (в сердце) иначе представить, как своих соучастников в той благодати, какую послал ему Бог. А эта благодать или благодатный дар Божий составляют его узы, его выступление перед римской властью в качестве защитника Евангелия (таким образом, выражение "в узах моих, при защищении и утверждении благовествования" мы ставим после слова "в благодати": те слова разъясняют, что Апостол понимает под благодатью). - Бог - свидетель… Эти слова Апостол прибавляет для того, чтобы показать, что он сказал не слишком много, когда говорил, что всех филиппийцев имеет в своем сердце. - Любовью Иисуса Христа - точнее: утробою (внутренними чувствами - σπλαγχνα) Христа, с Которым Апостол находится в тесном общении (ср. Гал II:20). Такая любовь крепка, бескорыстна и неизменна и простирается до готовности положить жизнь за друзей.

Благодарение здесь, как и в других посланиях, переходит в молитвенное ходатайство о читателях. Апостол с величайшей мягкостью указывает читателям, чего им еще не хватает. Из любви он желает большего познания или точнее большей сознательности (επιγνοσης) и чувства, т. е. большего нравственного такта (αισθησεις), чтобы они не обращали ее на недостойных, не делали каким-то безразличным снисхождением одинаково ко всем без изъятия [Под "чувством", по Майеру, можно разуметь также духовную опытность, опытное ознакомление с делом, похожую на ту, которую мы получаем, когда попробуем плод, который нам предлагается. Мы знаем уже по виду, какой это плод, но действительный вкус его узнаем только попробовав его. Опытность такая стоит выше знания, потому что последнее простирается более на форму, вид, цвет предметов, а опытность дает нам познание о существе вещи. Любовь, о которой здесь говорит Апостол, необходимо не только познать, но и испытать. А так как познание может быть самостоятельным делом человека, а опытность дается от Бога - Бог дает нам испытать и любовь Его, сообщая ее нам, - то Апостол считает нужным молить Бога не только о сообщении филиппийцам познания любви, но и еще более опытного с ней ознакомления. Для последнего всего более необходима молитва к Богу].

Благодаря этим свойствам любви, филиппийцы и на суда Христовом явятся чистыми (сердцем) и непреткновенными, т. е. со стороны своего поведения ни для кого не соблазнительными (απροσκοποι).

После приветствия (1-2), Апостол говорит, что он не может вспомнить о филиппийцах без чувства благодарности к Богу, так как они всегда обнаруживали свое горячее участие к делу распространения Евангелия. Апостол при этом высказывает желание, чтобы Филиппийская церковь все далее и далее шла по пути совершенства.

Но последней целью деятельности христианина и желаний Апостола является слава Божии. Если в самом деле Бог признает христиан на суде чистыми, то результатам этого в конце концов будет прославление Самого же Бога, Который послал людям Христа, давшего им силы творить дела праведности. Так отнимает Апостол у читателей всякий повод к сомнению.

Филиппийцы, по-видимому, сообщили Апостолу о том, что их угнетала мысль, как бы заключение Апостола в узы не повредило делу проповеди и самому Апостолу. Апостол, в ответ на этот запрос, говорит, что, напротив, его заключение только улучшило дело проповеди. Первое, на что он считает нужным указать, - это изменение взгляда на Апостола у лиц, к нему прикосновенных. Прежде всего в претории, т. е. среди преторианских солдат (таким образом выражение το πραιτωριον мы, вместе с П. Эвальдом, понимаем не как обозначение места, где жили преторианские солдаты, а как обозначение самого этого преторианского отряда), которые по очереди сторожили пленника, стало известно, что это пленник за Христа (выражение "О Христе" естественнее поставить в связь с выражением "сделались известными"). Кроме того "и все прочие", кто входил в отношение с Апостолом, т. е. разные чиновники, также убедились, что Павел вовсе не какой-нибудь политический или уголовный преступник.

Узы Павла, которые свидетельствовали, что он глубоко уверен в истине Евангелия, побудили и некоторых других христиан смело взяться за дело проповеди.

Из среды этих братьев-проповедников некоторые взялись за проповедь вовсе не с добрыми намерениями и не из чистых побуждений. Были люди, которые завидовали успехам Павла как проповедника, и теперь, побуждаемые "любопрением" или стремлением прославиться и в тоже время желая причинить огорчение Павлу, которого они считали подобным себе самим, они стали набирать себе учеников. Они, таким образом, действовали "нечисто", не по истинной любви к делу Евангелия. Тем более утешали Апостола те проповедники, которые действовали исключительно по любви и к Апостолу и к его делу вообще, к делу спасения язычников.

Апостол все же радуется, что Евангелие распространяется: ведь и враги его - враги Павла, а не Христа - проповедовали Евангелие настоящее, неподдельное, и имя Христово все более становилось известным [Некоторые из современных богословов на этом построяют удивительную теорию проповедничества. По их воззрению, которое они стараются обосновать на 18-м стихе, личность проповедника Евангелия не имеет значения для успеха его проповеди. Может быть, что проповедник сам и не верит в то, что говорит, но проповедь его все равно будет иметь успех и даже такой, который гораздо больше, чем успех верующего проповедника: Сам Бог чрез Духа Своего действует на слушателей… С таким взглядом (его держится и Майер) согласиться нельзя, потому что дело спасения человеческого становится в таком случае совершенно механическим. И потом, зачем бы тогда Христос стал "избирать" проповедников апостолов? Не лучше ли было взять для этого первых попавшихся?].

Но не только относительно Евангелия Апостол спокоен: он не боится пока и за свою собственную участь. Правильнее этот стих перевести: "Ибо я знаю: "что послужит мне ко спасению" (Иов XIII:16) чрез вашу молитву и чрез помощь Духа Иисуса Христа". Апостол говорит, очевидно, о бывшем ему откровении (я знаю) и о проникающей его уверенности в своем освобождении.

Но добрый исход, какой предвидит апостол, соответствует его "уверенности" или точнее: "его напряженному ожиданию" (απο καραδοκια Рим VIII:19) и его надежде на то, что он ни в чем посрамлен не будет, но что при всяком дерзновении, точнее "во всяком смелом открытом выступлении" (παρρησια ср. Кол II:15), Сам Христос возвеличится в теле Апостола. Иначе сказать: Бог возвеличит Христа открыто, употребив для этого тело Апостола, заставив его послужить телом своим - его смертью или чудесным неожиданным сохранением - славе Христа; тот или другой исход предстоит Апостолу - во всяком случае он надеется на то, что этот исход будет для него не посрамлением, а, напротив, прославлением.

Апостол сказал, что даже смерть за Христа соответствует его внутреннему искреннему желанию (надежде моей - ελπιδα μου ст. 20-й). Теперь это положение он поясняет. Потому он не страшится смерти, что чрез нее он получит новую истинную жизнь (το ζην), жизнь со Христом, Который и есть Сам жизнь для Апостола (ср. Гал II:20).

Живя в теле, Апостол, конечно, много сделает для распространения христианства (плод моему делу), и он не прочь поработать еще. Но собственно ему лично более отрадным представляется разлука с этой жизнью (разрешиться), хотя опять он не может забыть и верующих, которые, конечно, жаждут иметь Апостола среди себя.

Переходя теперь к изображению своего положения, о котором филиппийцы, конечно, сильно тревожились, Апостол успокаивает их тем, что дело Евангелия нисколько не пострадало от того, что Апостол находится в узах. Во-первых, солдаты, сторожившие Павла, убедились из бесед с ним, что он заключен в узы не за политическое преступление, а затем римские христиане, видя, что Апостол сам не может проповедовать Евангелие, сами стали делать это дело. Правда, некоторые из завистников Апостола стали привлекать новообращающихся римлян на свою сторону, но это Апостола не тревожит, так как все же имя Христово возвещается в Риме. Что касается его дальнейшей судьбы, то она его не страшит. Если ему придется пострадать за Христа, он рад этому. Если останется жить, то и этим будет доволен, потому что потрудится еще на пользу христиан. При этом он с уверенностью говорит, что в настоящий раз дело его кончится благополучно и он еще увидится с филиппийцами.

Апостол высказывает уверенность, основанную на точном знании (и я верю знаю), что в настоящий раз ему смерть не грозит. Он останется в живых и увидится с читателями послания (пребуду - παραμενω, по толкованию Иоанна Златоуста, имеет именно такой смысл). Находясь в общении с Апостолом, филиппийцы будут все больше и больше совершенствоваться в вере и радоваться этому (для вашего успеха и радости в вере). А следствием этого будет то, что они будут вправе получить похвалу в избыточествующем виде чрез Иисуса Христа или, собственно, в Иисусе Христе (εν X. I). Апостол последними словами хочет указать, какова должна быть похвала читателей. Это - похвала истинно христианская, не похожая на обычное человеческое самохвальство. Прибавляя же, что эта похвала должна умножаться через него (через меня - εν εμοι), Апостол ставит себя в положение орудия и орудия необходимого, при посредстве которого эта похвала должна умножаться. Он сам, его судьба, становятся предметом похвалы среди филиппийцев. "Вот каков наш учитель - Павел!" - говорят они, слыша о том, что совершается с Апостолом… В особенности они будут хвалиться и торжествовать, когда среди них снова явится Павел, освобожденный из своей темницы (при моем вторичном к вам пришествии).

Живите - πολιτευεσθε, т. е. живите как граждане нового царства, нового общества Христова. - Достойно Евангелия (по-русски: благовествования). Здесь Евангелие изображается как зерцало нового законодательства, содержащее в себе известные законы и обычаи… - Приду ли… Апостол не сомневается в своем освобождении, но опасается того, что обстоятельства задержат его где-нибудь после освобождения и ему не удастся навестить читателей. - Стоите в одном духе, т. е. сохраняете единство настроения (дух здесь означает дух человеческий, так как далее ему параллельно "душа" - μια ψυχη - по-русски: единодушно). - Подвизаясь - συναθλουντες, т. е. вместе со мною подвизаясь (αθλουν = трудиться и бороться) за веру (как религиозный принцип), которая основывается на Евангелии.

Противников, т. е. противников веры христианской - неверующих язычников и иудеев. - Это, т. е. то обстоятельство, что вы не страшитесь своих противников. - Погибель и спасение - здесь имеются в виду как окончательные, вечные (ср. 2 Сол I:5-10). - И сие от Бога. И страх врагов, какой в них производит твердость христиан, и спасение христиан - все от Бога. Естественнее, впрочем, это прибавление относить только к выражению "а для вас - спасения".

Чтобы внедрить в читателей большее мужество, Апостол говорит, что они должны считать делом особой милости Божией то обстоятельство, что призываются не только содержать веру во Христа, но и страдать за Него.

Но указанные благоприятные результаты вера филиппийцев будет иметь только в том случае, когда они, читатели, будут держать себя достойно своего христианского звания и единодушно подвизаться против врагов Евангелия.

Еще более должно ободрять их сознание того, что они подвизаются одним общим подвигом со своим учителем - Павлом. О его же подвигах за веру они уже сами знают (видели - точнее: знаете - εΐδετε), так как такой подвиг Апостол подъял уже в их городе (Деян XVI:22), и, кроме того, слышат от приходивших к ним христиан из Рима.