Йоврозділ 20

. Побуждением к речи Софара является позорящий его и приводящий в возбуждение упрек Иова в недостатке мудрости (XII:2 и д. ; ср. XVIII:8).

. Отвергаемый Иовом закон нравственного мздовоздаяния, по которому благоденствие грешника кратковременно, также древен, как и сам "человек", - род человеческий (евр. "адам" не в смысле собственного имени первого человека, а в значении человеческого рода - Втор IV:32).

. Как бы могуществен и величав ни был первоначально грешник (ст. 6, ср. Исх XIV:13-15), но в конце концов он погибает с позором, - пропадает, как помет (ср. 4 Цар IX:37; Иер VIII:2), вызывая подобною гибелью недоумение окружающих (ст. 7, ср. Ис XIV:9-12).

. Благоденствие грешника не имеет ни продолжительности, ни реальности: подобно сновидениям, оно - несбыточная мечта (Пс LXXII:20; LXXXIX:6; Ис XXIX:8), от него не остается никакого следа (ст. 9; ср. VII:8-10; VIII:18; Пс XXXVI:35-36).

. Подобного рода участь постигает не только самого нечестивца, но и его потомство. Так как приобретенное нечестным путем богатство перейдет в руки других (ср. ст. 18), то дети грешника будут доведены до такой нищеты, что станут заискивать у таких же нищих, как сами.

. Выражение синодального текста: "грехами юности", представляет перевод одного еврейского слова "алумав". В Пс XVIII:13 и LXXXIX:8 "алум" означает действительно "тайные грехи", но в кн. Иова, XXXIII:25 - "юность". Сообразно с последним значением ст. 11 должен читаться так: "кости его наполнены силами юности его, и с ним лягут они в прах". Личные силы, на которые надеялся грешник, при помощи которых создавал свое благополучие, обращаются в ничто, не обеспечивают его благоденствие.

. Закон мздовоздаяния древен, как род человеческий (ст. 4-5) и в то же время вполне естествен. Грех и беззаконие сами собою приводят к возмездию. Приятные в начале, как вкусная пища, которая для продолжения вкусовых ощущений не сразу проглатывается, но намеренно удерживается во рту, они в конце концов превращаются, подобно ей, во вредоносную горечь, - "желчь аспида" (горький и ядовитый - понятия синонимические - Втор XXXII:32).

. Как содержащая отраву, пища нечестивого (приобретаемые им богатства) не только не послужит на пользу ("изблюет"), но и окажется мучительною ("исторгнет"), и в результате смертельною (ст. 16; ср. Пс СXXXIX:4; Притч XXIII:32; Иер VIII:14; XXIII:15).

. Нечестивый не может наслаждаться своею приятною пищею, - накопленными богатствами (ст. 17; ср. Исх III:8, 17). Он не воспользуется нажитым ("не проглотит"), так как оно возвратится ("изблюет") к своим первоначальным собственникам, - уйдет на удовлетворение обиженных им лиц: "по мере имения его будет и расплата его". Богатство не послужит источником радости ("не порадуется", ср. XXXI:25).

. Раскрытие образной речи предшествующих ст., в частности выражений ст. 15: "изблюет", "исторгнет".

. Причина этого - в незаконном характере приобретений нечестивца. Созданное путем угнетения бедных, захвата чужой собственности, не знавшей предела жадности, благосостояние не может быть прочным: "зато не устоит счастье его" (ст. 21; ср. Ис V:8-9; Притч X:2; Сир V:10; Иез VII:19).

. Ненасытная жадность, обжорство (ст. 20-21) не только не упрочит благосостояние нечестивца, но и увеличит количество предстоящих с его утратою бедствий. Умножение благ сопровождается увеличением числа обиженных. И все они поднимут руки на своего прежнего притеснителя, отмстят ему неправды путем, может быть, насильственного отнятия имущества. Угнетавший других теперь сам испытает тяжесть притеснения. Так, пища нечестивого сделается для него источником мучений ("исторгнет").

. Синодальный текст содержит лишнее против подлинника слово: "болезни". Но и с опущением последнего смысл стиха передается у экзегетов различно в зависимости от того, как переводить евр. выражение "билхумо" (от "лехум"). Встречающееся в Библии еще только один раз (Соф I:17), оно производится от "ляхам" - "есть" и понимается в значении "пища", а затем, как и сродное с ним арабское "lachum", - плоть. Сообразно с этим одни конец данного стиха переводят так: "Одождит (Бог) на него (бедствия) в пищу ему ("билхумо")". Дождь божественных наказаний, выражающих "ярость божественного гнева" (ср. Плач I:13), сделается пищею для грешника (ср. IX:18; Иер IX:14). Ненасытный в своей жадности (ст. 20), он будет насыщен бедствиями. Другие, держась перевода: "одождит в плоть его", видят здесь указание на то, что Господь одождит на грешника огненный дождь, который пожрет его тело (Кейль).

. Лишением имущества (ст. 18) не ограничиваются настигающие злодея несчастия. Его удел - неизбежная смерть от руки Божией.

. Гибель грешника неизбежна. Пытаясь избежать одной опасности, он подвергается другой (ср. Ис XXIV:18; Иер XLVIII:44; Ам V:19), и эта последняя поражает его на смерть, подобно стреле, пронзающей внутренности человека (ст. 25; ср. Суд III:22).

. Вместо выражения "внутри его" сообразно с еврейским "лицпунав" должно быть поставлено "для сокровищ его" (ср. Пс XVI:14). Нечестивый богатеет и собирает сокровища не в Бога, и потому их участь - гибель (ср. Иак V:3). Они пожираются огнем "ни кем не раздуваемым", - не требующим для своего появления и поддержания человеческих усилий, огнем Божьим (I:16). Он истребляет и то, что уцелело и спаслось в шатре нечестивого от рук мстителей (18, 22).

. Изображаемый Софаром грешник - такое нравственное чудовище, что его не выносит даже видимая, неодушевленная природа. Две ее главные сферы, призываемые Иовом в свидетели своей невинности (XVI:18-19), соединяются для отмщения злодею (29 ср. XVIII:21).