Κατά Λουκάνκεφάλαιο 12

В следующем далее отделе (до 13-го ст.) ев. Лука держится Евангелия Матфея или того источника, который был близок к этому Евангелию (ср Мф X, 17-33). - Берегитесь закваски фарисейской - см. Мф ХVI, 6. - Которая есть лицемерие, - т. е. берегитесь потому, что эта закваска, проникающая всю натуру фарисея, есть лицемерие (ср. Мф VI, 2).

В чем связь речи с предыдущим стихом? Несомненно, Господь указывает теперь на бесполезность лицемерия: все равно истина со временем непременно выйдет наружу (см. Мф Х, 26-27).

Некоторые толкуют это в приложении к проповеди апостолов, сначала прикрывающейся, а потом, с победою христианства, возвещаемой открыто. Но проще и естественнее видеть здесь продолжение речи о бесполезности лицемерия: как ни скрывает лицемер свое душевное состояние, оно, в конце концов, все же обнаружится явно для всех. - Во свете, - т. е. при дневном свете.

(См. Мф X, 28-31). До сих пор Господь говорил о лицемерах, теперь же обращается к друзьям Своим. От них Он ждет не лицемерной преданности, а открытого и честного, безбоязненного служения.

(См. Мф X, 32-33). Господь здесь убеждает учеников к твердому исповеданию своей веры и указывает на ожидающую их за это награду. - Пред Ангелами Божиими. Ев. Лука говорит об Ангелах как о слугах, окружающих престол Небесного Царя. Ев. Матфей - прямо об Отце Небесном, пред Коим Христос признает Своими верных Его исповедников.

(См. Μф ΧΙΙ, 32). От исповедников Христа речь переходит к неверующим во Христа, которые будут говорить против Сына Человеческого, а от этих - к хулителям Святого Духа.

По ев. Луке, хулителями Духа Святого должны быть признаны начальства и власти, которые не будут признавать учеников Христовых посланниками Божьими, говорящими под действием Св. Духа (см. Мф X, 17-20).

Это замечательное событие отмечает только один ев. Лука. Кто-то из слушателей Христа - во всяком случае не ученик Христа, потому что ученик едва ли отважился бы приступить пред лицом народа с подобным вопросом ко Христу - кто-то, очевидно, занятый чрезвычайно своим делом, перебил Христа вопросом или просьбою: Учитель! Скажи брату… Очевидно, что брат его неправильно присвоил себе все наследство после отца, и он желал, чтобы Великий Учитель народный вступился за него: быть может - думал он - брат послушает Учителя… Но Господь коротко ответил ему, что Он не поставлен на дело разделения имуществ. "Человек!" (так следует перевести здесь обращение Христа ανθρωπε). - Кто поставил… Господь называет обратившегося к Нему "человеком" - название, показывающее некоторое неодобрение самой просьбы (ср. Рим II, 1; IX, 20). Затем Господь явно отстраняется от участия в делах чисто гражданского характера. Он пришел для того, чтобы возвещать Евангелие, и раз Евангелие утвердится в сердцах людей, оно само уже преобразует и изменит весь строй общественной жизни. На основании Евангелия могло развиться вполне справедливое христианское законодательство - обновление внутреннее должно было повести и к обновлению внешнему, гражданскому (см. об этом брош. Розанова Н. П. , Социально-экономическая жизнь и Евангелие с. 1-5).

Господь указывает на то, что побуждением к высказанной "человеком" просьбе было любостяжание - жадность, и при этом убеждает бояться этого чувства. - Ибо жизнь. Какая жизнь? Обыкновенная физическая жизнь, или жизнь вечная? Из 20-го стиха видно, что здесь может разуметься только первая - простое существование, продолжительность которого не зависит от того, сколько кто сумел накопить себе богатства: Бог неожиданно полагает конец жизни человека богатого и продолжает лета бедняка.

Притча о безумном богаче как нельзя лучше подтверждает собою мысль 15-го стиха - о ненадежности богатства для удлинения человеческой жизни. - Некуда мне собрать плодов моих. У богача на виду были, конечно, тысячи нуждающихся, которым бы он и должен был отдать избыток урожая, но он как будто совершенно не считает себя обязанным помогать ближним и думает только о себе, чтобы ему-то было спокойно за будущее, когда, быть может, не будет урожая. - Скажу душе моей. Душа здесь берется как "седалище чувствований": она будет чувствовать удовольствие, которое даст человеку богатство (душа - по греч. ψυχη именно низшая сторона душевной жизни в отличие от πνευμα - высшей стороны этой жизни). - Бог сказал ему. Когда и как - не сказано: эти недомолвки вообще свойственны притче (Феофил.). - Потребуют - опять не сказано: кто. Можно, конечно, здесь видеть Ангелов - "Ангелов смерти, которые исторгнут душу сопротивляющегося животолюбца" (Феофилакт. Ср. Лк ХVI, 22). - В Бога богатеть (εις Θεον πλουυων) - это не значит: собирать богатство для того, чтобы употреблять его во славу Божию, потому что в таком случае было бы удержано предыдущее выражение: собирает сокровища (θησαυριζειν) и противоположение заключалось бы только в различии целей обогащения, тогда как несомненно Господь противополагает обогащение вообще полному равнодушию к собиранию имения. Не может здесь быть и речи о собирании неветшающих богатств - благ Мессианского Царства, потому что это все же будет накоплением сокровищ "для себя", хотя это - сокровища другого рода… Поэтому ничего не остается, как принять толкование Б. Вейса, по которому "богатеть в Бога" - значит: быть богатым благами, которые Сам Бог признает за блага (ср. выражение ст. 31-го: наипаче ищите Царствия Божия).

Изречения эти, в которых раскрываются мысли притчи о безумном богаче, в Ев. Матфея помещены в нагорной беседе (см. Мф VI, 25-33). - И не беспокойтесь (ст. 29 μη μετεωριξσεθε) - правильнее "не заноситесь слишком" в своих требованиях, предъявляемых к жизни вообще.

Не бойся малое стадо… Эти слова находятся только у ев. Луки. Здесь Господь дает уверение Своим ученикам в том, что их стремление к Царству Божию (ст. 31) достигнет своей цели. А они и могли бояться именно того, что им, пожалуй, не придется войти в это Царство, потому что они во всяком случае представляли собою только крайне маленький кружок (малое стадо), тогда как в Ветхом Завете, по общему тогдашнему представлению, Царство Мессии было предназначено Народу избранному в его целом. "Что же в самом деле представляем мы собою?" - могли думать апостолы. - "Что же это за "царство" будет, в котором будем только мы с немногими другими последователями Христовыми?" Но Господь рассеивает все их сомнения указанием на "благоволение" Божие: Царство пред вами откроется (ср. XXII, 29 и сл.) - конечно, славное Небесное Царство Мессии. - Продавайте имения… Эта цель так важна, что вы для нее должны жертвовать своим земным достоянием. Это уже, конечно, относится не к одним апостолам, а и ко всем последователям Христовым (см. Мф VI, 19-21). - Приготовляйте себе. Другим вы отдадите свои земные стяжания, но позаботьтесь и о себе - старайтесь приобрести себе небесное сокровище, т. е. вход в славное Царство Христово. Однако нельзя думать, что это будет достигнуто одним раздаянием своего имения бедным или одною милостынею: милостыня, раздача своего имения только освободит человека от препятствия, каким является богатство для человека, который стремится к приобретению Царства Небесного, но кроме этого ищущий такого Царства должен приложить все свои силы к достижению поставленной им для себя цели. - Влагалища не ветшающие, т. е. такие хранилища небесных сокровищ, которые никогда не изнашиваются и из которых ничто не просыплется.

С речью о будущем славном Царстве Мессии тесно связана и речь, где Христос убеждает апостолов быть особенно бдительными в ожидании открытия этого царства. - Да будут чресла… т. е. будьте в полной готовности встретить грядущего Мессию. Слугам приходилось быстро ходить, прислуживая господину, и потому они должны были подпоясывать свою одежду, чтобы она не путалась у них в ногах, точно также, встречая ночью своего господина, они должны были держать в руках светильники. Господин изображается идущим с брака - не с своего, а просто с чьей-то свадьбы. - Блаженны рабы те… Этим приточным изречением Господь хочет указать на несомненность праведного воздаяния, какое получат при открытии славного Царства Мессии все верные Его слуги: господин сам таким рабам скажет столько же внимания, сколько и они ему - так и Мессия достойно вознаградит бодрствующих Своих рабов. - Во вторую стражу, и в третью стражу. В первую стражу, т. е. в начале ночи несколько рабов могли и так не спать, убирая кое-что по дому. Но не спать во вторую и третью стражу - это значило уже бодрствовать намеренно. (Здесь ев. Лука держится древнего иудейского деления ночи на три части или стражи. Марк в XIII, 35 держится позднейшего, римского, деления ночи на четыре стражи). - Вы знаете, что если бы ведал… См. Матф ХXIV, 43 и 44.

О вопросе Ап. Петра сообщает только один ев. Лука. Петр недоумевает относительно притчи о рабах, ожидающих господина - к одним ли апостолам она относится или же ко всем верующим. В ответ Петру Господь говорит притчу, которая у Матфея приведена в гл. XXIV ст. 45-51. Если же у Матфея упоминается о "рабе", а здесь о "домоправителе", то, очевидно, это не противоречие, так как на востоке домоправители большею частью брались из рабов. Затем в 46-м стихе ев. Лука говорит, что участь раба будет такая, какую имеют вообще люди неверные, а ев. Матфей (51 ст.) вместо выражения неверные употребляет выражение "лицемеры". - Ст. 47-48 представляют собою дополнение, сделанное ев. Лукою. Раб, знавший все, чего желает его господин, и все же не приготовивший что нужно, будет наказан тяжко. Не знавший же воли Господина будет не так наказан в случае неисполнения этой воли, но все же будет наказан за то, что сделал достойное наказания (а что именно - Господь не говорит). - И от всякого, кому дано много… обьясн. см. у Мф ХХV, 14 и сл. Сумма денег не должна лежать праздно у того, кому дается: она дана, очевидно, для увеличения ее посредством торговых операций и потому при возвращении ее давшему нужно будет отдать вместе с нею и прирост к ней. В переносном смысле здесь, конечно, имеются в виду те последователи Христа, которые получили какие-либо особые духовные или внешние преимущества, какими они должны служить на возращение Церкви (Еф IV, 11-13).

Господь только что сказал, что Его верным служителям необходимо непрестанно бодрствовать. Это увещание Он теперь обосновывает указанием на действие, какое должно повести за собою Его явление в человечестве: с пришествием Его должно наступить время трудной борьбы, которая произойдет между людьми при решении вопроса, стать ли им на сторону Христа или идти против Него. - Огонь пришел Я низвесть на землю. Под этим огнем нельзя понимать Св. Духа (древнее церковное толкование), ни Слово Божие с его очищающею силою, ни огонь преследований, испытывающий верующих, ни воспламененность Духа, появившуюся в некоторых людях под действием Христова учения, ни изображаемый далее (51 и сл.) раздор как всепожирающий элемент. Во всех этих толкованиях не принимается достаточно во внимание самое существо огня, а против последнего толкования говорит то обстоятельство, что раздоры дальше представляются не как пожирающие, а как разделяющие людей. Существо же огня состоит в том, что он разрушает вещи и истребляет все, что может быть истреблено, а неистребимое, не поддающееся его разрушительному действию очищает от всяких к нему приставших примесей. Определяя ближе значение огня, как он понимается здесь, мы должны видеть в нем духовную силу, которая разрушает настоящий строй мира, уничтожает в нем все тленное и противобожественное и этим очищает сущность этого мира и преображает его в новый, способный к вечному существованию. - И как желал бы, чтобы он уже возгорелся! - точнее: и как сильно желаю Я… (και τι θελω). - Крещением должен Я креститься. Огонь этот возгорится тогда только, когда Христос совершит Свое служение, для которого Он пришел на землю… Здесь, конечно, разумеется крещение посредством страданий, так сказать погружение (βαπτισμα) в страдания (ср. Мк Х, З8). - И как Я томлюсь… Томиться (συνεχεσθαι) - это значит иметь в душе постоянное беспокойство, тоску (ср. XXI, 25; 2Кор. II, 4). Здесь выражает Христос чисто человеческое чувство подавленности духа при мысли о предстоящих страданиях (ср. Ин XII, 27; Мф XXVI, 37). - Если таким образом Христос говорит, что Он пришел "бросить" (по-русски: "низвести" - выражение более слабое) на землю огонь и желает, чтобы этот огонь уже зажегся, а потом продолжает, что Ему нужно креститься страданием, мысль о котором приводит Его душу в томление, то этим самым Он дает понять не только то, что Его страдание будет предшествовать возжение того огня, но также и то, что оно необходимо для этого, что без Его страданий огонь не возгорится. Отсюда можно вывести такое заключение, что под огнем, который возгорится только после Его страданий и смерти, Господь разумел проповедь о кресте, которая для погибающих явилась соблазном, а спасаемых силою Божией (1Кор.I, 18), которая должна была действительно как огонь очистить мир от всего греховного. Пламя этой проповеди будет гореть до тех пор, когда грешники не будут окончательно попалены в последнем огне суда Божия, и когда появится новое небо и новая земля, в которых обитает правда (2Пет. III, 7, 12 и сл.). - Как Христос через крещение, которое Он принял при самом выступлении Своем на мессианское служение, принял на Себя вину всего человечества, так в крещении страданиями Он понес на Себе ответственность за эту вину и восстановил человечество в его праведности, так как усвояя себе верою Его заслуги, мы действительно становимся праведными пред Богом… В этом и состоит причинная связь между страданиями и смертью Христа с одной стороны и возжением огня с другой. - Чтобы объяснить эту образную речь, Господь далее (51 и сл.) говорит ученикам, что Он пришел на землю не мир принести, а разделение. Объясн. см. Мф X, 34-36, где это изречение имеет значение увещания учеников к самому крайнему самоотвержению, тогда как здесь оно приведено как содержащее в себе увещание к бодрствованию ввиду ожидаемого пришествия Христа для открытия Его Царства.

Причина тех раздоров, о возникновении которых только что предсказал Христос, если принять прежде всего во внимание слушателей Христа - иудеев, лежала в самом народе иудейском. Этот народ не хотел признать, что с пришествием Христа наступило столь долгожданное мессианское время и упрекает народ в этом нежелании понять великий смысл совершающихся пред ним событий - дел Христовых. Христос обличает народ теми же словами, с какими Он некогда обратился к фарисеям (см. Мф XVI, 1-4). - Тучу… с запада - след., с Средиземного моря, тучу, полную влаги. - Лицемеры, Так, по всей справедливости, должно было назвать народ, потому что здравый смысл народ еще не утратил - он только не хотел вникнуть в значение того, что совершал пред его глазами Христос. - Зачем же и вы по самим себе не судите… Здесь сила мысли заключается в слове αφ εαυτων, неточно переведенном в русск. тексте выражением "по самим себе". Господь упрекает народ в том, что он не хочет в смысле знамений времени, им переживаемого, разобраться самостоятельно, сам по себе, не руководясь вредными внушениями фарисеев. - Когда ты идешь… Мысль о необходимости воспользоваться совершающимися ныне знамениями времени Господь подкрепляет здесь притчею, содержание которой взято из обыденной жизни. Хорошо поступает тот, кто, не доводя дело до судебного разбирательства, спешит помириться с противником своим или заимодавцем, потому что суд не помилует не платящего должника и отдаст его истязателю (πρακτωρ), на обязанности которого у греков лежало взыскание всяких долгов. Так и слушателям Своим Господь советует этою притчею сделать поскорее то, что требуется от них настоящим положением вещей, т. е. принести поскорее покаяние в своем упорстве, с каким они доселе не хотели признать во Христе Богопосланного Мессию и этим избавиться от угрожающего им суда Божия (такое же наставление находится и у Матфея V, 25-26, но здесь оно более на месте, чем там). - Впрочем, Господь предоставляет самому народу сделать приложение к себе этой притчи. Сделать же это было нетрудно, потому что время, в какое жил этот народ, действительно было похоже на деловые отношения между должником и кредитором. Уже Иоанн Креститель проповедовал посетив и предвозвещал пришествие Господа на суд, а потом Христос Сам засвидетельствовал о Себе пред народам как об Искупителе от греха и внушал мысль о строгой ответственности, какой подвергнутся все непокорные Его увещаниям. Если народ теперь пренебрегает всеми предлагаемыми ему средствами для того, чтобы освободиться от своей вины пред Богом, то и с ним Бог поступит как с приточным должником.