Ψαλμοίκεφάλαιο 22

. Давид указывает на безвыходность своего положения в данном случае. По человеческому пониманию и последовательному ходу событий гибель Давида казалась неминуемой, почему у него бывали состояния, когда он видел себя совершенно оставленным Богом, вследствие чего и взывает: "Для чего Ты оставил меня?" Подобное состояние, близкое к отчаянию не было продолжительным. Давид дальше говорит, что "такие слова", слова "вопля", близкого к отчаянию, греховны, так как показывают в человеке колебание веры; вследствие же этого обнаруженного недостатка веры в Бога человек и не заслуживает того спасения, о котором он молит Бога.

. Но такое состояние недостатка веры, как мы сказали, было выражением временного упадка духа от тяжелых условий, в которые был поставлен Давид. Он осуждает себя за это малодушие и вслед за тем молится Богу: я буду взывать к тебе днем и ночью, т. е. постоянно; я это делаю, хотя и не вижу тотчас Твоей помощи ("Ты не внемлешь мне") и не считаю такой постоянной и, по-видимому, бесплодной, молитвы - излишней, неразумной. В этом меня убеждает во-первых то, что "Ты, Святый, живешь среди славословий Израиля", т. е., Ты - свят, а потому являешься покровителем и защитником святости, праведности, невинности, вообще, за что Тебе постоянно воздаются от Израиля славословия. Как Святый, Ты не оставишь без защиты и меня невинного. Смысл этих слов тот, что Давид оправдывает неусыпность своей молитвы к Богу и веру в Его защиту незаслуженностью настоящих бедствий и Его правосудием, которое не допустит гибели праведного; во-вторых - историческими фактами из жизни евр. народа: когда последние в бедствиях взывали к Богу, Он оказывал им свою защиту. Такими фактами история евреев переполнена. Слова 2 ст., выражающие в Давиде чувство богооставленности, были буквально впоследствии повторены Иисусом Христом на кресте (Мф XXVII:46; Мк XV:34). Как и Давидом дальше выражена полная вера в Бога и, следовательно, преданность Его воле, так и Иисус Христос обнаружил ту же покорность на кресте воле Отца, когда Он сказал: Отче, в руки твои предаю дух Мой (Лк XXIII:46).

7:-9. Во всем последующем содержании до 24 ст. Давид изображает тяжесть своего положения. Над ним, как противником царя, издеваются; он беззащитен и слаб, как червь, которого легко раздавить. Но беспомощность Давида не только ни в ком не вызывает естественного чувства сострадания, а даже вызывает издевательство над его верой в Бога. Давид подвергался тому же унижению, как Христос, когда, вися на кресте и обратившись к Богу, издал предсмертный вопль: "Или, Или, лама савахвани", на что окружавшие его крест отвечали недоверчивым и насмешливым любопытством, (Мф XXVII:41-50).

. В словах этих стихов - объяснение, почему Господь является единственным предметом упования и надежды для Давида. "Ты извел меня из чрева", т. е. я родился по особенному Твоему благоволению; своим рождением, началом жизни я был обязан Тебе; "вложил в меня упование у грудей матери моей" - я воспитывался матерью своей в привязанности к Тебе. Вероятно, мать Давида, когда кормила еще его своей грудью, говорила ему о Боге и вместе с молоком матери он воспринял высокие понятия о Нем, благоговение и преданность Ему. Чем же древнее в человеке известные привязанности, тем они глубже и прочнее; заложенные в Давида еще с детства и укрепившиеся в нем от последующих фактов его жизни, они стали несокрушимым достоянием его духовной жизни и сознания.

. Помощь Бога тем для Давида нужнее, чем ближе и грознее опасность. У Давида нет нигде защитника, враги же его так многочисленны и так обеспечены в своем благополучии, как многочисленны и сыты тельцы васанские, вместе с тем они также грозны по отношению к нему, как львы для обыкновенных животных. Васан имел богатые пастбища, а потому преобладающим занятием обитателей его было скотоводство, особенно много было рогатого скота. Силы Давида истощились, пропали, как бесследно поглощается вода, пролитая на сухую землю; "кости в нем", как более твердая часть человеческого организма, а потому - символ его крепости, рассыпались, т. е. настойчивые преследования со стороны Саула, вынуждавшие Давида к постоянному бегству, настолько истощили последнего, что он не находит в себе уже сил продолжать это бегство. "Сердце его" растаяло, как "воск", он потерял мужество при виде безвыходности своего положения, как фигура, сделанная из воска, обращается от действия огня в бесформенную массу; силы его пропали, как высыхает вода в скудельном сосуде, когда его обжигает горшечник; его "язык прилип к гортани", что является показателем истощения его сил. Положение его настолько безвыходно, что он считает себя уже на краю гроба ("в персти смертной").

17:-19. Давид называет своих врагов "псами" и "скопищем злых", указывая тем как на их многочисленность, так и на их нравственное ничтожество. Они лукавы, фальшивы, неспособны действовать во имя какого-либо высшего идеала и правды, но во имя личных выгод, склоняясь в ту сторону, где сила и польза; они также заслуживают презрения, как "псы", собаки, которые считались евреями за животных презираемых.

Опасность Давида так велика, и, по-видимому, гибель его так неизбежна, что он уже представляет себе картину своей казни. Его, как государственного преступника, покушавшегося на царскую власть, как врага государя, должны подвергнуть самой жестокой и позорной казни через распятие на кресте. Давид уже видит, как из раны его течет кровь; на теле его от растяжения мускулов особенно ясно выделились кости, так что их можно пересчитать. Хотя эти страдания от растяжении мускулов ужасны по продолжительности и соединенной с ними боли, враги его смотрели на его страдания с пренебрежением, без сочувствия. Все, что было на нем, его платье - разделили на равные части; "об одежде моей бросают жребий", вероятно - о верхней, о хитоне, которая не шилась, а ткалась цельной и делалась из более тонкого материала. Изображаемые Давидом страдания во всем содержании псалма, особенно в данных стихах, со всей полнотой и точностью исполнились на Христе, о чем свидетельствуют все евангелисты (Мф XXVII:35; Мк XV:24; Лк XXIII:34; Ин XIX:23). То, что Давид переживал в своем представлении, что было достоянием его мысли, нашло полное, внешне фактическое выражение в действительных страданиях Мессии.

. Ввиду неизбежности такой судьбы, если бы враги захватили Давида, последний молит Бога о спасении: "спаси" "от псов одинокую мою" душу, т. е., меня, одинокого, избавь от врагов; "от рогов единорогов" - от рогов единорога, носорога, чем Давид образно рисует силу и жестокость врагов. За свое спасение Давид обещает воспеть Бога "посреди собрания", т. е., всенародно, в поэтических песнях, будет восхвалять Бога, как единственного защитника всякого страждущего праведника.

С 24 ст. содержание псалма изменяется: ранее оно было скорбно-просительное, теперь же - благодарственно-хвалебное. Можно думать, что вторая часть псалма была написана Давидом по окончании гонений.

. Ввиду необычайности бедствий и спасения от них, Давид вместе с собой приглашает славить Бога и всех евреев за то, что Господь услышал молитву "страждущего", ничтожного и слабого по своей силе человека.

. "О Тебе хвала моя в собрании великом". Та защита, которую Господь оказал Давиду, служит источником похвалы Бога пред народным собранием. В этом - исполнение Давидом того обета, который он дал в минуту опасности (23 ст. ).

. Спасение Давида служит свидетельством, что все убогие найдут защиту в Боге: Он даст им необходимое для жизни, будет их питать всегда, поэтому нужно благоговеть и чтить Его. В этом стихе св. Отцы видят указание на таинство Евхаристии потому, что здесь вкушение какой-то трапезы от Бога своим следствием имеет вечную жизнь, каким свойством обыкновенная пища не может обладать. Под трапезой, поэтому, разумеют не обыкновенную пищу или трапезу, а вкушение Тела и Крови Христовых, дающих достойно вкушающему вечную жизнь.

. Давид говорит об обращении к Богу всего мира: вспомнят все народы о той помощи, какую Господь оказывал своим праведникам и будут покланяться Ему, как единому, истинному Богу, что и должно быть, так как ведь только Господу принадлежит вся земля и все народы; признание за Ним языческими народами этого неотъемлемого права Его есть только дело времени. Давид рисует даже картину обращения к Богу всех народов. Когда "все тучные земли", все сильные на земле - правители народов будут поклоняться Ему: будут поклоняться вообще все смертные "нисходящие в персть", будут благоговеть пред Тем, Кому я, говорит Давид, живу душою, привязан всем существом своим. Мое потомство будет служить Господу. Под потомством нельзя разуметь обыкновенное потомство Давида, которое не всегда было верно Богу, но то семя, которое от него произошло по Божественному обетованию, т. е., Мессию. Милости, оказанные Давиду Богом, сохранятся в памяти последующих поколений людей; каждое из них будет прославлять Бога и возвещать о тех делах, которые Он совершил среди людей, защищая праведных и карая нечестивых. Это предсказание Давида уже осуществилось и будет осуществляться: его песни, равно как история жизни евреев и все вообще священные их книги, читались и будут всегда читаться людьми, тем самым передавая знания из рода в род о великих делах Божиих.

В первой части псалма мы уже видели, что все испытанное Давидом во время гонения от Саула нашло полное и точное повторение и выражение в жизни Мессии Христа, а потому эта часть должна быть названа прообразовательной. Во второй же части псалма Давид рисует картину всеобщего обращения к Богу всех народов. Это последнее сделалось возможным только со времен Мессианских, когда проповедь учения Христа распространяется среди всех стран и народов. Как предсказание словом о будущих событиях мессианского периода эта часть псалма является пророческой.