JoshuaChapter 6

Когда через совершение обрезания и Пасхи народ укрепил ею общение с Господом и таким образом внутренне приготовился к предстоящему подвигу, обязанностью израильского вождя было приступить к самому делу и прежде все к завоеванию ближайшего к израильскому стану укрепленного города, т. е. Иерихона. В то время, когда он, занятый, конечно, мыслью об этом, находился вблизи города, ему последовало новое божественное откровение относительно его завоевания. Откровение сообщено было через Ангела Господня, явившегося в виде мужа с обнаженным мечом. Принятый за обыкновенного воина, явившийся открыл себя через объявление своего ангельского чина: вождь воинства Господня и указание на святость места. Обнаженный меч и звание явившегося, как вождя воинства Господня, показывали Иисусу Навину на готовность небесных сил помогать в предстоящей борьбе с Ханаанскими народами. Основанием для того, чтобы в явившемся Иисусу Навину видеть Ангела Господня, служит то, что он, подобно явившемуся в купине (Исх III:2–5) требует снятия обуви, равно как то, что явившийся носит здесь (VI:1), как и в кн. Исход, имя Господь и открывает себя, как Господь. Блаж. Феодорит не соглашался, однако, с теми, которые в явившемся Иисусу Навину видели Бога Слово; по его мнению, «это был Архангел Михаил» [Творения блаж. Феодорита, т. I, с. 277.]. Он сказал: нет по нынешнему еврейскому тексту. Вместо нет читается αυτω — «ему» в древних и позднейших греческих списках и других переводах, равно как в славянской Библии (при этом переводчики вместо еврейского «ло» с «алеф», как в нынешнем еврейском тексте, читали, очевидно, «ло» с «вав холемь», каковое начертание находится и в некоторых еврейских списках [Keil. Iosua, 43.]). Греко-славянский перевод: ему и ввиду значительного числа свидетельств в его пользу, и того обстоятельства, что при нем ответ явившегося Иисусу Навину получает большую определенность через указание, к кому он обращен, заслуживает во всяком случае того, чтобы он был отмечен. Воинством Господним названо здесь не войско израильское, как в Исх VII:4; ХII:41, а воинство небесное как в 3 Цар XXII:19; Пс CXXVII:2, ибо у Израильского войска был уже вождь Богом поставленный. (Сюда) привнесено из славянской Библии; этому слову нет соответствующего ни в еврейском тексте, ни в греческих списках. Насколько известно слова «господин мой» служат передачей еврейского слова «адони» в нынешнем его начертании. В древнейших греческих списках и позднейших, а также и изданиях греческого перевода читается здесь: Δεσποτα, которое в древнеславянском переводе передавалось словом «Владыко Господи» [Лебедев, 247.] или Господи, как в нынешней славянской Библии. Греческий перевод показывает, что 70-ть читали здесь соответствующее ему еврейское слово так же, как и в других местах, где оно употреблено в смысле божественного имени (Быт XV:2; XVIII:30, 31 и др.), т. е. «Адонай». Такой перевод представляется более соответствующим потому, что в явившемся, в вожде воинства Господня, Иисус Навин должен был во всяком случае увидеть вышеземное существо или Ангела. Требование снять обувь с указанием на святость места должно было напомнить Богоявление Моисею при Хориве и с большей ясностью показать в явившемся Ангела Господня, в котором открывается сам Господь, как и называется явившийся в следующей главе. Прежде чем передать самое откровение, писатель книги сделал краткое замечание о состоянии города, к которому оно относилось (ст. 16). Он говорит именно, что этот город — Иерихон — был сильно укреплен, что в еврейск. тексте выражено повторением одного и того же глагола («сагар») — «запирать» в двух формах причастия, каковое выражение буквально может быть передано словами (Иерихон) «запирая был заперт», по грекославянскому переводу заключен и огражден. Дальнейшие слова никто не выходил и никто не входил еще более усиливают мысль об укрепленности города вследствие окружающих его со всех строи стен и вместе с тем указывают, что он был готов защищаться от нападения израильтян. Из VI:1 видно, что в Иерихоне были и храбрые люди, могущие защищать свой город. От страха прибавлено для округления русской речи; вместо этого в некоторых из греческих списков читается απο προσωπον, согласно с чем в славянской Библии: от лица сынов Израилевых.

16-й ст. в других изданиях греческого перевода служит начальными стихом VI-й главы.

Объяснение 4–5-го ст. В том виде, как читаются эти стихи по русскому и славянскому переводам, смысл их неясен. По словам 4-го, поставленным в скобках, необрезанными в израильском народе были, во-первых, те, которые тогда родились на пути, и, во-вторых, те, которые из вышедших из Египта не были тогда обрезаны. Первое из этих положений выражено одинаково и во второй половине 5-то ст.: весь народ, родившийся в пустыне на пути, после того как вышел из Египта, не был обрезан. Между тем второе положение не находит себе соответствия в начальных словах 5-го ст., где говорится, напротив, что обрезан был весь народ, вышедший из Египта. Причина такого несовпадения слов одного стиха со словами другого заключается в том, что русско-славянский перевод 4-го ст. представляет передачу двух переводов — с греческого 70-ти и еврейского текста. Слова (сынов Израилевых, которые тогда родились на пути и которые из вышедших из Египта не были тогда обрезаны, всех их обрезал Иисус) служат передачей перевода 70-ти, как он читается в древнейших списках: Ватиканском, Александрийском, и др. [По этим спискам и основанным на них изданиям (Сикстинскому, Тишендорфа, и Кембриджскому) 4–5 ст. читаются: ον δε τροπον περιεκαθαρεν Ιησους τους υιους Ισραηλ, οσοι ποτε εγενοντο εν τη οδω και οσοι ποτε απεριτμητοι ησαν των εξελυθοτων εξ Αιγυπτου, παντους τουτους περιετεμεν Ιησους. Затем следует 6-й ст.]. В этих списках вторая половина 4-го и 5-го ст., как читается в русском и славянском переводах, начиная со слов: весь народ, вышедший из Египта… до конца 5-го стиха, отсутствует [В Московской греческой Библии эти отсутствующие в Александрийском списке слова читаются.]. Отсутствовала она и в древнем рукописном славянском переводе [В. Лебедев, с. 360. Приведенный здесь до Острожский перевод представляет передачу перевода 70-ти, приведенного в 1-м примечании. Из этого видна совершенная несправедливость мнения, выраженного автором названного труда, будто «переводчики до Острожской славянской Библии позволяли в своем труде, по личному усмотрению, делать некоторые опущения сравнительно с греческим оригиналом». На самом деле они переводили то, что было в имевшемся у них греческом подлиннике, которым был, очевидно, греческий список, однородный с древнейшими греческими списками, а не с позднейшими, в которых читается и то, что не находится в первых. Отсутствие второй половины 4-го и 5-го ст., как читается она в позднейших греческих списках, текст которых дополнен был по Гекзаплам Оригена, служит, между прочим, доказательством того, что подлинником для древнего славянского перевода служил не Лукиановский текст, в списках которого в данном месте читается то, что отсутствует в древнейшем славянском переводе.]. То, что по славяно-русскому переводу составляет вторую половину 4 и 5 ст., представляет перевод с нынешнего еврейского текста и согласного с ними другого греческого, который сделан был в древнее время и приведен был Оригеном в его Гекзаплах [Этот второй греческий перевод состоял из следующих слов: και ουτος ο λογος ον περιετεμεν Ιησους πας ο λαος οι εκπορευομενοι εξ Αιγυπτου το αρσενικον, παντες ανδρες πολεμου, οι αρεθανον εν τη ερημω εν τη οδω, εξελθοντων αυτων εκ γης Αιγυπτου οτι περιτετμηενοι ησαν πας ο λαος ο εξελθων και πας ο λαος οι γεννηθεντες εα τη ερημω εα τη οδω εξελθοντων αυτων εκ γης Αιγυπτου, ου περιετμηθησαν (Field). Также читается этот перевод в Лукиановских и других списках.]. Здесь этот второй перевод был отмечен так называемым астериском [Овел и астериск при двух рассматриваемых переводах данного места сохранились в очень немногих списках. См. Field. Origenis Hexapl. t, I, II, с. 344.], как перевод, которым, согласно с еврейским текстом, восполнялся общеупотребительный в то время текст 70-ти. А вышеуказанный первоначальный греческий перевод, передача которого составляет первую половину 4-го ст. по русско-славянскому переводу, отмечен был в Гекзаплах так называемым овелом, как излишний против еврейского текста. Эти отличительные знаки (астериск и овел), поставленные Оригеном, ясно указывали на взаимное отношение и значение этих двух переводов, как переводов одного и того же места библейского текста. Но в последующее время, когда изготовлявшие новые списки с исправленного Оригеном греческого текста перестали выставлять поставленные им знаки, оба приведенных периода стали писаться один после другого, как составлявшие одно целое. Таким образом явился греческий текст данного места, какой находится в Лукиановских списках в воспроизведенном по ним издании [Разумеется издание de Lagarde: Librorum Veteris Testament canonicorum pars prior.], а также в Комплютенской Полиглоте и других изданиях греческого перевода 70-ти, в том числе и в Московской греческой Библии [В этих изданиях читаются один после другого первоначальный греческий перевод 4–5 ст., приведенный в первой сноске, а затем позднейший, приведенный в четвертой сноске. В Московской греческой Библии только начальные слога второго греческого перевода και αυτος ο λογος ον περιετεμεν Ιησους опущены.]. Комплютенской Полиглоттой пользовались при этом, нужно думать, исправители нынешнего славянского перевода.

Из приведенной справки с древними памятниками библейского текста видно, что послужившие подлинником для русско-славянского перевода два греческих перевода, как именно различные переводы одного и того же места библейского текста, не могут быть соединяемы вместе, потому что при таком соединении, т. е. при совместной передаче того и другого, получается двукратный перевод. А из этого само собой следует, что при переводе данного места библейского текста необходимо делать выбор между существующими двумя переводами и, избрав один из них совершеннейший, сделать по нему перевод. Этот выбор в данном месте кн. Иисуса Навина не представляет особенной трудности. Относительно первого, древнейшего, греческого перевода данного места еще Оригеном было указано, что он не соответствует еврейскому тексту; в частности, выше замечено было, что выражаемое им представление об израильтянах, не имевших обрезания при выходе из Египта, находится в разногласии со словами греко-славянского перевода 5-го ст. К этому нужно присоединить то, что это представление о необрезанных израильтянах при выходе из Египта исключается повествованием кн. Исход. В ней нигде не говорится, что между вышедшими из Египта израильтянами были необрезанные, а между тем это явление, если бы оно существовало, не могло быть обойдено молчанием вследствие понятной его важности ввиду совершившегося через два месяца по выходе из Египта вступления Господа в Завет с израильским народом. Если бы в составе последнего были не имевшие обрезания, над ними перед заключением Завета совершен был бы, без сомнения, этот обряд. Если Моисею Ангел Господень угрожал смертью за несовершение обрезания над его сыном, то тем менее могло быть допущено заключение Завета с народом, имевшим в своей среде необрезанных. Времени для совершения обрезания пред заключением Завета было достаточно (Исх ХIX:10–11). На основании всего этого древнейший греческий перевод 4–5 ст., которым пользовались древние славянские переводчики, должен уступить свое место позднейшему, который имеет перед ним то преимущество, что он вполне согласуется с еврейским текстом, как он читался во времена Оригена и блаж. Иеронима, перевод которого не содержит также слов, соответствующих древнейшему греческому переводу [Перевод блаж. Иеронима по изд. Тишендорфа: Наес autem causa est secundae circum cisionis: Omnis populus, qui egressus est de Aegypto generis masculini, universi bellatores viri, mortui sunt in deserto per longissimos viae circuitus, qui omnes circuincisi erant. Pupulus autem qui natus est in deserto per quadraginta annos itineris latissimae solitudenis in circunicisus erat.], и как читается он в настоящее время. Этот позднейший греческий перевод соответствует также и библейскому повествованию о событиях Исхода и Синайского Богоявления.

Если в силу приведенных оснований слова 4–5 стихов, служащие передачей древнейшего греческого перевода и поставленные в скобках, оставить в стороне, то при этом библейский текст этих стихов имеет такой смысл: все вышедшие из Египта израильтяне, способные к войне, т. е. взрослые, имевшие больше 20 лет (Чис I:3), умерли в пустыне на пути из Египта; весь народ, вышедший из последнего, был обрезан, а все родившиеся в пустыне во время путешествия из Египта не были обрезаны. Следовательно, из всех имевших обрезание при выходе из Египта оставались в живых только те, которые в то время были моложе 20 лет, а после перехода через Иордан имели от 40 лет и выше; а все прочие израильтяне моложе 40 лет были необрезанными. Если средняя продолжительность жизни в то время была значительно выше, чем в настоящее (Моисей скончался в 120 лет, Иисус Навин — в 110 лет) и достигала 80 лет (Пс LXXXIX), то число необрезанных составляло большую половину израильского народа, так как пожилых людей (за 40 лет) всегда меньше, чем молодых. Число обрезанных израильтян, перешедших Иордан, некоторые из комментаторов считают от 250–300 тыс. [Cook. Commentary II:23, Keil, Iosua, 40 считает от 280 до 330 тысяч обрезанных.].

Продолжение объяснения 6-го ст. Дальнейшие слова 6-го стиха (потому многие и не были обрезаны), доколе не перемер весь народ… представляют также соединение двух переводов — греко-славянского и другого — по нынешнему еврейскому тексту. Первому принадлежат слова, выделенный скобками, второму — дальнейшие слова до конца стиха. Из греко-славянского перевода внесены только начальные слова, а следующие за ними до конца 6-по ст. заменены переводом с еврейского. В полном своем составе греческий переведенного места состоит из следующих слов, как они переведены по-славянски: сего ради не обрезани быша мнози от тех воинов, изшедших из земли Египетские, не послушавшии заповедей Господних, имже и определи Господь не видети земли, ею же [Соответствующее этому греческое ην правильнее относить к δουναι и переводить: юже.] клятся Господь отцем их [В Ватиканском и Александрийском списках ημων = «наших».] дати нам землю кипящую медом и млеком. С еврейского это место, без каких-либо дополнений и пропусков, переводится: доколе не (буквально: пока) перемер весь народ, мужи войны (по дословному переводу), вышедшие из Египта, которые не слушали гласа Господня, которым Господь клялся, что они не увидят (буквально: не даст им увидеть) земли, которую Господь с клятвою обещал (буквально: клялся) отцам их дать нам землю, где течет молоко и мед. Сравнение обоих переводов показывает значительное различие их по выражаемой тем и другим мысли. По греко-славянскому переводу здесь указывается причина того, что многие из воинов, вышедших из Египта, не были обрезаны, а затем оказались нарушителями Божиих заповедей. Объяснение это имеет, очевидно, ближайшую связь со словами 4-го ст.: и елицы тогда не обрезани быша от изшедших из Египта. По переводу с еврейского, объясняется здесь то, почему перемерли все, вышедшие из Египта, взрослые (мужи войны) и указывается на непослушание гласу Господню, как на причину осуждения их на вымирание.

Привнесение в это объяснение библейского писателя слов греко-славянского перевода потому многие и не были обрезаны не является уместным потому, что осужденные на вымирание в пустыне принадлежали к обрезанным при выхода из Египта, как сказано в начальных словах 5-го ст. Слова: потому многие и не были обрезаны приложимы только к другой части народа, которая состояла из родившихся в пустыне, но об этой части израильского народа говорится в следующее 7-м ст.

Сделанный в русском переводе опыт соединения двух переводов (с греческого и еврейского) не оказывается, таким образом, достигающим своей цели. Вследствие этого и здесь оказывается необходимым сделать выбор одного из двух переводов данного места, служащего наиболее точной передачей библейского текста. Этим одним переводом греко-славянский не может служить, потому что в нем выражено то же, как и в 4-м ст., представление о существовании многих необрезанных израильтян между вышедшими из Египта. Это представление, как объяснено выше, не согласуется с начальными словами 5-го стиха по греко-славянскому переводу: яко обрезани быша вси людие изшедшии и — с библейским повествованием о событиях Исхода и Синайского законодательства. Перевод с еврейского текста, как не заключающий этого представления, заслуживает уже по этому предпочтения. К тому, чтобы признать его точной передачей библейского текста данного места, располагает и согласие его с переводом блаж. Иеронима, у которого оно передано словами: donec consumerentur qui non audierant vocem Domini, et quibus ante iuraverat ut non ostenderet eis terram lacte et melle manantem -«пока истребились те, которые не слушали гласа Господня и которым прежде клялся, что не покажет им земли, текущей молоком и медом».

Если на основании приведенных соображений сосредоточивать внимание только на словах 6-го ст., не огражденных скобками, то смысл их получается следующий. Библейский писатель объясняет здесь то, как и почему умерли в пустыне взрослые израильтяне, вышедшие из Египта. Это произошло, говорит он, во время 40-летнего хождения по пустыне, на которое осуждены были все совершеннолетние, потому что они оказали неповиновение Господу; за это по божественному определению (Господь клялся) они были лишены наследования обещанной их предкам прекрасной земли.

Божественное откровение начинается возвещением Иисусу Навину определения высшей воли о передаче Иерихона вместе с царем и сильными людьми в руки израильского вождя. Затем Господь указывает самый способ к выполнению этого определения — способ необыкновенный, при котором сила оружия совершенно устранялась и заменялась всемогущей силой Господа Бога Израилева. Он состоял в том, чтобы предшествуемый всеми способными к войне израильтянами и семью священниками с юбилейными трубами Ковчег был обносим в течение шести дней по одному разу, а в 7-й день 7 раз, и только при этом последнем обхождении, когда раздастся звук священнической трубы, весь народ воскликнул громким голосом; в это время стена города разрушится до основания. Самое главное в этом способе, как он только в главных чертах изложен писателем книги, состоит в том, что вокруг Иерихона обносится. Ковчег или обходит Ковчег Господень (10 ст.), который, как служащий престолом Господа, знаменует непосредственное Его присутствие среди Его народа. Такое представление о Ковчеге Господнем библейский писатель выразил еще в том, что вместо Ковчега употребил (7-й ст.) божественное имя: Господь (одинаково по еврейскому тексту и греко-славянскому переводу). Из народа все способные к войне под водительством Господа обходят город подобно тому, как при обыкновенных войнах окружают завоевываемый город неприятельские войска. Но тогда как последние при таком нападении в древние времена насыпали земляные валы, устрояли машины, израильское войско не предпринимает ничего подобного; вместо этого оно должно сохранять полное молчание при обхождении города (за исключением последней минуты), через это выражая благоговение пред своим верховным Вождем, а также и то, что не оружием будет достигнута победа над врагом. На присутствие Господа среди израильского войска указывал еще трубный звук, служивший одним из знамений сошествия Господа на Синай (Исх XIX:16), а в обрядовых установлениях служивший напоминанием Господу о Его народе (Чис X:9). То, что лица (7 священников), предметы (7 юбилейных труб или рогов) и действия (7 дней обхождения вокруг Иерихона, 7 обхождений в 7-й день) определяются священным числом: 7, числом дел Божиих при творении мира, показывает, что эти лица, предметы и действия имеют характер не военный, а священный, проникнутый мыслью о Боге, как единственном виновнике того, что имеет совершиться. Как ничтожно было участие народа во взятии Иерихона, выражением этого служит то, что ему предоставлено было, кроме хождения, одно действие — громкое восклицание при обхождении города в 7-й раз 7-го дня. То, что явившегося Иисусу Навину писатель называет Господом, является согласным с другими местами библейского текста, например с Исх III:2, 4 и далее, где имя Ангел Господень заменяется именами: Господь и Бог. Слова 1-го ст.: (и находящихся в нем) отсутствуют в еврейск. тексте и значительном числе греческих списков. Юбилейными трубами называются особого устройства трубы, в которые трубили при наступлении юбилейного года (Лев XXV:9); они отличались от серебряных труб, служивших во время странствования для собирания общества и при объявлении об отправлении в путь (Чис Х:2). В 4-м ст. юбилейная труба названа юбилейным рогом, потому, конечно, что она делалась из рогов животных. В древнейших списках перевода 70-ти (Ватиканский и Александрийский) 3-й ст. или — по другим изданиям 4-й — и не читается, несмотря на особенную важность его содержания, так как именно в нем налагается повеление об обнесении Ковчега вокруг Иерихона. Отсутствовал этот стих и в древнем рукописном славянском переводе (В. Лебедев, с. 360). Но в Амвросианском списке, также древнем, он находится.

(еврейск. 7). Слова (им, чтобы они сказали) внесены из славянской Библии (…им …повелите), следующей греческому переводу αυτοις… παραγγειλατε. Этому соответствует в еврейском тексте, как пишется: ваийомеру — «и сказали», а читается: ваийомер — «и сказал». Из этих чтений наиболее сообразным представляется последнее, по которому сам Иисус Навин передал повеление народу, основанием для чего служит то, что в 9 ст. и по еврейскому тексту и по греко-славянскому переводу сам Иисус дал народу повеление и сказал.

А идущие позади следовали за Ковчегом [Завета Господня], во время шествия трубя трубами. Этим словам в Ватиканском, Александрийском и некоторых других списках, а равно в Сикстинской Библии, соответствует: και οι ιερεις οι ουραγουντες οπισω της κιβωτου της διαθη κης Κυριου σαλπιζοντες — «и священники, шедшие позади Ковчега Завета Господня трубя» [И в конечных словах 12-го ст. по греческому переводу слово οι ιερεις — «священники» предшествует словам: идучи трубили трубами. Это дополнение из греческого перевода настолько необходимо здесь, что оно делается даже в переводах с еврейского, какое ревизованный английский перевод Библии.]. По этому переводу производили трубный звук следовавшие за Ковчегом священники, а не народ, шедший вместе с ними. Эта особенность греческого перевода заслуживает особенного внимания, потому что ею разрешается недоумение, возбуждаемое здесь словами нынешнего еврейского текста, по которым трубил во время шествия народ, шедший позади Ковчега, между тем как народу в следующем за тем стихе внушается сохранять совершенное молчание. Слово «священники», сохраненное греческим переводом данного места, здесь требуется контекстом библейской речи.

Дальнейшее повествование служит изложением того, как Иисус Навин объявил божественное повеление священникам и народу (5–9) и как теми и другими оно было исполнено (9–15). Это исполнение, соответствуя в основном божественному повелению, представляет некоторые подробности, в нем ясно не указанные. Так, распоряжением Иисуса Навина одним из вооруженных людей указано место пред Ковчегом Завета (6), впереди священников (8), а остальная часть народа, со священниками во главе, которые трубили трубами, должна была следовать за Ковчегом (8 и 12); народ во время обхождения Иерихона не должен был разговаривать и делать какие-либо восклицания (9); обхождение начиналось рано по утру (11), а в 7-й день — рано, при появлении зари для того, чтобы до наступления ночи могло быть совершено семикратное обхождение вокруг города.

В словах: Господу (сил) последнее привнесено из греко-славянского перевода, основывающегося на большинство греческих списков, в которых читается: τω Κυριω Σαβαωθ (в Ватиканском и других списках) или: τω Κυριω των δυναμεων (в Александрийском, Амвросианском и других списках).

Сокровищница Господня, в которую должны были вноситься найденные в Иерихоне золото, серебро и другие металлы, находилась при Скинии собрания (Чис XXХI:54). В словах (вся) стена первого слова нет в некоторых из древнейших (Александрийской, Амвросианском) и позднейших списков, как и в еврейском тексте, и это опущение слова «вся» заслуживает внимание ввиду того, между прочим, что часть стены, на которой или около которой (см. к II:15) находился дом Раави, должна была сохраниться, в противном случае обрушился бы и дом Раави, который в дальнейших словах библейского повествования (ст. 21–22) представляется уцелевшим вместе со всеми, находившимися в нем.

Когда в 7-й раз 7-го дня, бывшего, вероятно, субботою, совершалось шествие вокруг Иерихона и священники трубили трубами, Иисус Навин велел народу воскликнуть в знак того, что Господь предал ему город, и вместе с тем объявил, что этот город будет под заклятием, т. е. всецело посвящен Богу, как безвозвратный дар. Заклятие по-еврейски «херем», что значит «отделение», «совершенное посвящение», по греческому переводу αναθεμα, что имеет то же значение. По законам о заклятии (Лев XXVII:28–33; Втор XIII:15; XX:17–18 и др. м.) все живое от человека до скота предаваемо было смерти, а все прочее истребляемо или передаваемо в святилище. Заклятие было самым высшим в ветхозаветное время обетом, которым выражали полную, самоотверженную преданность Богу и благодарность (Чис XXI:2). Что Иисус Навин наложил заклятие на Иерихон, прежде его взятия, свидетельствует о том, что он вполне сознавал великое значение события, имеющего совершиться. Падение стен иерихонских было столько же чудом божественного всемогущества, сколько и неоцененным даром Божиим израильскому народу, необходимым для завоевания Ханаанской земли. Если бы израильтяне под стенами Иерихона были предоставлены самим себе, взятие этого укрепленного города представило бы для них, без сомнения, величайшие трудности при неимении у них различных орудий, необходимых для взятия подобных городов и непривычке их, как выросших в пустыне, к этому военному делу. При продолжительной осаде Иерихона на выручку его подоспела бы, конечно, помощь со стороны других ханаанских городов и израильтянам пришлось бы одновременно вести войну и с этими последними, и с осажденным городом. Совершившееся, по действию Божию, через самый малый промежуток времени падение стен иерихонских не только избавляло израильский народ от трудностей осады укрепленного города, но вместе с тем служило очевидным для всякого знаком благословения Божия на его усилия овладеть ханаанской землей, а вместе с тем — залогом успеха в достижении цели. И настолько это чудо божественного всемогущества должно было поднять дух израильтян, настолько же оно, без сомнения, увеличивало упадок духа у ханаанских народов. При мысли о великом значении чудесного падения стен Иерихона становится понятным произнесенный Иисусом Навином необыкновенный обет — посвятить этот город со всем в нем находящимся Господу как начаток городов ханаанской земли. Действие этого обета не должно было распространяться только на Раавь.

Раави со всеми ее родственниками была сохранена жизнь вследствие клятвы, данной ей бывшими соглядатаями, которые посланы были в ее дом, чтобы вывести всех находившихся в нем. Как не принадлежавшие к израильскому народу, они водворены были вне израильского стана. Впоследствии Раавь вошла в состав израильского народа и жила среди него, когда оставила, конечно, языческие верования и открыто стала исповедовать Бога израилева. Сказанное о Раави: И она живет среди Израиля до сего дня, показывает, что писатель книги пользовался памятниками, написанными несколько спустя после самих событий. По древностям И. Флавия (V:1, 7) Иисус Навин дал ей участок земли и относился к ней с почтением. Живя среди израильтян, она так сблизилась с ними, что сделалась женою Салмона, князя Иудина колена (Руфь IV:20) и матерью Вооза (Мф I:5), которые были предками Давида, а вместе и предками Христа Спасителя. Апостолы относили Раавь к ветхозаветным праведникам, которые спаслись от гибели верою (Евр XI:31) и соединенными с нею делами получили оправдание (Иак II:25), а отцы и учители церкви в лице хананеянки Раави, уверовавшей в истинного Бога и оставившей прежнюю порочную жизнь, усматривали прообраз Церкви Христовой из язычников (творения блаж. Феодорита, епископа Кирского , т. I, 272).

Для того, чтобы разрушенные Богом иерихонские стены остались вековечным памятником совершившегося необычайного события, Иисус Навин наложил проклятие на того, кто их захотел бы восстановить. Слова восставит и построит город сей Иерихон указывают на построение не домов, а именно городских стен, делающих населенное место огражденным местом или городом; в таком значении еврейский глагол строить («бана») употреблен, например в 3 Цар XV:17; Вааса начал строить Раму; 2 Пар XI:6: cocтрои (славянская Библия) или укрепил (русский Синодальный перевод) Вифлеем. И так как проклятие обращено было именно на восстановителя городских стен, а не жилых домов, то поэтому и в ближайшее к данному событию время Иерихон не переставал быть населенным местом Вениаминова колена или городом в общем смысле, как видно из Нав ХVIII:21; Суд III:13; 2 Цар Х:5. Слова: (Так и сделал Азан… постановил ворота его) отсутствуют в еврейском тексте и переводе блаж. Иеронима, но находятся в древнейших и многих позднейших греческих списках и изданиях. Они находятся в 3 Цар XVI:34, где читаются в несколько измененной форме (вместо Азан читается Ахиил, вместо спасенном — Сегуве); отсюда они перенесены в кн. Навина как исполнение пророческого проклятия. В Гекзаплах Оригена к VI:25 не сохранилось указания на эти слова, как излишние против еврейского текста: из этого с вероятностью можно выводить, что в греческом переводе его времени не читались еще эти дополнительные слова.