JoshuaChapter 9

Ст. 1–2 составляют общее введение к трем следущим главам (IX–XI). В них намечается новое, начавшееся в то время в населении всей Ханаанской земли, движение — соединить свои силы для общей борьбы с израильским народом. Изображая всеобщность этого движения, библейский писатель указывает, как на сочувствовавших этому стремлению всех царей, владеющих важнейшими областями западно-иорданской страны (горами, долинами и берегом Средиземного моря до Ливана) и вместе с тем перечисляет жившие в ней сильнейшие племена, согласно с III:10.

К общему движению против израильтян не примкнули, однако, жители Гаваона. Гаваон, в настоящее время деревня Эль-Джиб, верстах в 7 на север от Иерусалима; во время Иисуса Навина он был большим городом, подобным столицам ханаанских царей (X:2), хотя и не имел царя. Он находился на пути из среднего Ханаана к Средиземному морю по Вефоренскому спуску и стоял во главе союза из 4-х близлежащих городов. Жители его из племени Евеев (ст. 7; XI:19) отличались храбростью (X:2). Несмотря на значительную силу, какой располагал Гаваон, управлявшие им старейшины не присоединились к общему движению, а избрали другой способ для того, чтобы избежать участи, постигшей жителей Иерихона и Гая (3 ст.). В том, что было известно им об израильтянах, о выходе их из Египта (9), о победах над заиорданскими царями (10) и завоевании Иерихона и Гая (3), они, подобно Раави, увидели действие высшей силы исповедуемого израильтянами Бога, Который приводит в исполнение Свое решение отдать всю Ханаанскую землю этому народу (24). Поэтому решились «и они», подобно израильтянам при завоевании Гая, употребить хитрость для сохранения своей жизни; это «и они» пред глаголом употребили (4 ст.) выражено в еврейском тексте через «гам гемма», в греко-славянском словами και γε αυτοι — и cии, в русском оставлено без перевода.

Как нам заключить с вами союз, говорят старейшины Израиля, имея в виду положительное запрещение заключать союзы с ханаанскими народами (Исх XXIII:32; ХXXIV:12; Втор VII:2).

Израильтяне взяли их хлеба, а Господа не вопросили. Израильтяне, по-еврейски здесь «гаанашим», т. е. «известные мужи», яснее обозначенные в 18 и 21 ст. словом «несие» — «князья»; в этом значении принято слово «мужи» в 14 ст. у 70-ти, которые передали его через οι αρχοντες — князи по славянской Библии.

Принятие князьями израильского народа от послов гаваонских хлеба, т. е. вообще съестных припасов, не было, нужно думать, простой пробой последних для удостоверения в продолжительности путешествия их из места жительства, потому что при этом оставалась бы непонятной внутренняя связь между этим действием князей и вопрошением Господа: простая проба хлебных припасов составляет слишком незначительное действие, чтобы на него испрашивать соизволение высочайшей воли. Поэтому если библейский писатель, сказав об этом поступке, непосредственно за этим указывает на невопрошение Господа, то этим самым располагает к тому представлению, что принятие хлеба от гаваонских послов имело иное, гораздо более важное значение: оно служило выражением со стороны израильских князей расположения к послам и их делу, т. е. согласия на сделанное ими предложение. Прежде чем отважиться на такой шаг, израильские князья во главе с Иисусом Навином действительно должны были вопросить Господа, конечно, через Первосвященника, согласно с божественным повелением (Чис ХXVII:21).

Названные здесь три города Гаваонского союза достаточно известны по своему положению в средней части Палестины, в небольшом вообще расстоянии на север от Иерусалима. Кефира, в настоящее время Кефр, с сохранившимися развалинами, находится верстах в 12 к западу от Гаваона. Впоследствии этот город принадлежал Вениаминову колену (XVIII:25). Беероф, ныне большая деревня Бирэ, на большой дороге из Иерусалима в Сихем, верстах в 12 от первого. Впоследствии он также принадлежал Вениаминову колену (XVIII:25). Кириаф-иарим, полагаемый обыкновенно исследователями на месте нынешней мусульманской деревни «Карьет-Эль-Энаб», находился к северо-западу от Иерусалима, в 3-х часах пути на дороге в Лидду. Он получил свое название от окружающего столь редкого в южной Палестине леса (еврейское слово «ийаар» значит лес), сохранившегося и в позднейшее время, по свидетельству путешественников [Tristram. Bible Places, 78.]. В древнее время он носил еще название Кириаф-Ваал (XV:60) от находившегося, вероятно, в нем жертвенника или храма Ваала и принадлежал Иудину колену, по имени которого назывался еще Баалом Иудиным (2 Цар VI:2).

Когда открылся обман гаваонских послов, сыны Израилевы не побили их, т. е. не предали смерти, так как начальники общества клятвенно обещали сохранить жизнь гаваонитян. Слова (Иисус и) не читаются в еврейском тексте и в древнейших греческих списках, почему, вероятно, и в славянской Библии они поставлены в скобках; следующее за тем (все), также не читаемое в еврейском тексте, находится во многих греческих списках; оно перенесено, вероятно, из 19-го ст. 19–20. Хотя клятвенное обещание начальников, поддавшихся обману гаваонских послов, вызвало ропот в народе, желавшем, очевидно, предать смерти и послов, и их доверителей, как принадлежавших к ханаанитянам, однако начальники настояли на том, чтобы сохранить им жизнь, ссылаясь на данную ими клятву, засвидетельствованную именем Господа Бога Израилева. Причина такой настойчивости начальников указана библейским писателем во второй половине 20-го ст., которая с особенной близостью к еврейскому тексту передана в слав. Библии, согласно с греческим переводом: и не будет на нас гнева клятвы ради, ею же кляхомся им, т. е. в сохранении данного гаваонитянам клятвенного обещания начальники видят единственное средство избегнуть божественного наказания, которое (по Исх XX:7; Втор V:11) угрожает всякому произносящему напрасно имя Божие. Если начальники, поддавшись обману, дали клятву напрасно и сделали грех, не вопросив об этом деле Господа, то, нарушив клятву, они прибавили бы к сделанному новый тяжкий грех клятвопреступления, через которое бесчестится имя Божие пред теми, кому дана клятва.

Настаивая на соблюдении клятвы, в силу которой гаваонитянам сохранялась жизнь, начальники не забывают при этом и запрещения вступать в союз с ханаанскими народами, которое имело ту цель, чтобы последние не увлекли израильтян в идолопоклонство. Для предотвращения гибельного последствия от оставления гаваонитян в Ханаанской земле они принимают такую меру, которая вместе служила и наказанием за их обман. Они предложили именно возложить на гаваонитян обязанность рубить дрова и носить воду для всего израильского общества, причем последние, будучи низведены в рабское состояние (ст. 23; Втор XXIX:11), не могли быть опасными для господствующего израильского населения. Это предложение князей было принято обществом. Слова (И сделало все общество) не находятся в еврейском тексте, равно как в Ватиканском и Александрийском, но читаются в Амвросианском и некоторых других списках (και εποιησαν πασα η συναγωγη), причем ход библейской речи получает большую ясность: без этого дополнения конечные слова как сказали им начальники были бы не совсем понятными, так как начальники, делая обществу предложение — в первой половине стиха, — не могли ссылаться на самих себя в такой форме; притом предложение сделать гаваонитян дровосеками и водоносами делается здесь в первый раз. При внесении, напротив, слов и сделало все общество в библейскую речь конечные слова стиха получают совершенно определенный смысл, выражая согласие общества с предложением начальников. Это согласие общества не было, однако, окончательным решением дела, которое принадлежало, как показывает дальнейшее повествование, Иисусу Навину. Что принятое начальниками решение относительно участи гаваонитян было правильно и согласно с божественной волей, это показали и одержанные вскоре после этого события победы над ханаанскими царями, при особенной божественной помощи, и впоследствии постигший израильскую землю и дом Саула гнев Божий за нарушение клятвенного обещания, данного гаваонитянам (2 Цар XXI).

За обман, как унижающий достоинство человека и вводящий других в заблуждение, Иисус Навин произнес над гаваонитянами проклятие, которым они обрекались на вечное рабство. Так исполнилось над ними проклятие Ноя над Хамом (Быт IX:25). Слова (меня и для…) не читаются в еврейском тексте и в латинском переводе, но находятся в греческих списках: по 26-му ст. гаваонитяне должны были рубить дрова и носить воду для общества и для жертвенника Господня.

Из приведенных здесь слов видно, что искать союза с израильским народом побуждал гаваонитян только страх за свою жизнь, что сведения их о великих делах Бога Израилева приводили их только к уверенности в неизбежной гибели ханаанских народов, а не пробуждали у них, как у Раави, мысли о Нем, как Боге неба и земли, а вместе с этим стремления стать в ряды его исповедников. В этом заключается внутренняя причина того, что они не вошли в состав Израильского народа.

Слова (посему жители Гаваона сделались дровосеками и водоносами для жертвенника Божия) находятся в Ватиканском списке и Сикстинской Библии, но отсутствуют в еврейском тексте, в Александрийском и других греческих списках.