2 CorinthiensChapitre 7

Обетования -см. 17-й и 18-й стихи VІ-й главы. - Скверны плоти и духа, -т. е. от грязных пороков, оскверняющих самое тело наше, и от более утонченных грехов, проявляющихся в душевной нашей жизни. - Совершая святыню -правильнее: наше освящение или очищение, которое в крещении только еще началось и должно продолжаться в течение всей нашей жизни. - В страхе Божием. Еще в Ветхом Завете сказано, что страх Божий есть начало премудрости (Прит I:7). Для христианина, совершающего свое освящение, также нужна великая мудрость. Ясно, почему Ап. здесь говорит о страхе Божием. Коринфяне могли совсем забыть о Нем, видя в Боге только Отца, и этим лишились бы опоры для своей деятельности на пути нравственного самоусовершенствования.

Апостол защищается от упреков в том, будто бы он оскорбляет Коринфян и ищет от них корысти. Ничего подобного он не совершал. И теперь он говорит об этом не для того, чтобы осудить Коринфян: напротив, он любит их от всего сердца. И вообще он о Коринфянах только радуется в настоящее время (когда Тит сообщил ему, как было принято ими его первое к ним послание), даже забывая об угнетающих его всяких скорбях. Как же ему не радоваться, когда он уверен в том, что Коринфяне послушны ему как отцу своему?

Здесь Апостол восстановляет прерванную (см. II:12) речь о том душевном состоянии, в каком он находился пред прибытием к нему Тита. Когда он находился в Македонии, его со всех сторон окружали опасности. Прибытие Тита было поэтому как нельзя более благовременно. - Страхи. Ап. боялся конечно не за себя, а за верующих, которых гонения могли сбить с пути веры. - Утешением, которым он был утешен от Бога, послужило для него, во-первых, самое прибытие Тита, а во-вторых, те отрадные известия, какие ему сообщил Тит. Оказалось именно, что Коринфяне выразили свою любовь к Апостолу, когда читали его послание к ним, и искренно каялись в тех огорчениях, какие они ему причинили. Они проявили ревность по Апостоле, т. е. на перерыв старались исполнить его пожелания, выраженные в послании.

Была пора, когда Ап. почти пожалел о том, что отправил в Коринф свое первое послание. Так строго он говорил в нем с Коринфянами! Но теперь он рад тому, что послание было получено Коринфянами, потому что оно оказало на них желанное действие. Пусть они и огорчились укорами, с какими Ап. обращался к ним в своем послании, но ведь это огорчение или печаль ничего кроме пользы им не принесло. Это была печаль ради Бога или согласная с волею Бога и она-то является источником спасительного раскаяния. Бывает печаль другого рода - мирская, которая погружает человека в безысходное отчаяние и ведет к смерти (пример - Иуда Предатель). Вот если бы послание привело Коринфян к этой последней печали, то об этом следовало бы жалеть. Теперь же дело обстоит совершенно иначе. - Какого оскорбителя имеет в виду Апостол и кто оскорбленный? Некоторые толкователи (напр. Буссе) видят здесь указание на личное оскорбление, нанесенное каким-то Коринфянином Апостолу Павлу. Но правильнее и естественнее видеть здесь, вместе с блаж. Феодоритом, указание на кровосмесника (1Кор.V:2) и его отца. Апостол если и писал об этом неприятном обстоятельстве, то имел в виду при этом не интересы только отца и сына, а пользу всей Коринфской церкви. Он хотел показать еще, что ему не безразлично - как клеветали на него враги его - истинное благо Коринфян и что он постоянно о них заботится.

Апостол, таким образом, был утешен утешением Коринфян, т. е. тем, какое они ему доставили. Утешило его и то обстоятельство, что посланный им в Коринф Тит нашел там хороший прием. Это Апостолу потому было особенно приятно, что он ранее хвалил Титу Коринфян: он, значить, хвалил их не напрасно. Это дает Апостолу повод еще раз указать на свою истинность в суждениях и поступках. Заключает речь свою Ап. уверенностью в том, что Коринфяне и впредь будут послушны ему, что взаимное доверие между ним и ими будет всегда существовать.