2 MaccabéesChapitre 4

. «Вышеупоминаемый Симон…» — III:4 и д.

. О последствиях путешествия Онии к царю ничего неизвестно. Из упоминания в 7 ст. о смерти Селевка и удалении Онии в антиохийский город Дафну (33 ст.) — обыкновенно полагают, что он более не возвращался в Иерусалим. Но это предположение очень произвольно, так как убиение Онии последовало не ранее 4–5 года по смерти Селевка, а равно и устранение его от должности Иасоном едва ли последовало тотчас по воцарении Антиоха Епифана.

. Об Антиохе Епифане — см. к 1 Мак I:10. — Иасон Ιάσων — грецизированная форма еврейского имени ??? — Ιησούς — Иисус, и это изменение имени, по Иос Археол XII, 5, 1 — всецело принадлежит самому Пасоку.

. «360 талантов серебра и с некоторых доходов 80 талантов…» Эта последняя прибавка дает будто понять, что 360 талантов серебра Иасон, по-видимому, имел в виду дать из храмовой казны или храмового имущества. Общая сумма взятки, если считать еврейскими талантами = более 1 000 000 рублей, сирийскими — около половины этого. Эта огромная сумма, очевидно, обещана была не как ежегодная дань, а как единовременная, раз и навсегда, уплата, может быть — лишь с некоторою отсрочкою, по частям.

. «Властью его…», т. е. царскою — διά τής εξουσίας αυτού. — «И писать Иерусалимлян Антиохиянами» — και τους έν Ίεροσολύμας Άντιοχείς αναγρώφαι, т. е. или: «переписать живших в Иерусалиме Антиохтцев», подчеркнув их преимущество дарованием прав гражданства, или: «записать всех жителей Иерусалима Антиохийцами», с дарованием всем им прав антиохийского гражданства, но и обязав их через это к принятию Антиохийских обычаев. — За второе предположение говорит ст. 19, где упоминаются эти «Антиохияне из Иерусалима», бывшие, очевидно, Иудеями . Подобно александрийским и римским, антиохийские права гражданства состояли в некоторых привилегиях, в числе коих было право присутствовать на греческих общественных играх и торжествах (19 ст.). — Полномочие раздавать эти права Иасон, очевидно, надеялся сделать для себя богатым источником доходов, с избытком покрывающих и расходы по приобретению этого полномочия.

. «Человеколюбиво предоставленные Иудеям царские льготы…», τα κείμενα τοις Ίουδαίοις φιλάνθρωπα βασιλικά слав.: «уставленная Иудеом человеколюбия царская…» Здесь разумеются, вероятно, права и льготы Иудеям Антиоха Великого (Арх И. Фл., XII, 3, 3 и д.), в числе которых были: беспрепятственная жизнь по отеческим законам, свобода священников и пр. служителей храма от податей, пособие на расходы по храму и на потребности Богослужения и т. п. — «По ходатайству Иоанна, отца Евполемова, который (по 1 Мак VIII:17и д.) предпринимал (точнее: предпринявшего — τού ποιησαμένου…) посольство к Римлянам о дружбе и союзе…»

. «Под срамную покрышку…», υπό πέτασον…, в слав. оставлено без перевода: «под пета с…» Собственно πέτασος значит — шляпа с широкими полями для защиты от солнца и дождя, которую обычно έφηβοι носили поверх χλαμύς и надевали при упражнении на палестрах. Отсюда, — выражение «подводить под петас» могло означать просто — привлекать к участию в телесных упражнениях или играх, а затем — вообще давать эллинское воспитание. Но дело, как видно, этим далеко не ограничивалось. Дальнейшее значение πέτασος — ширмы, покров, нечто вроде современных «кулис», за которыми совершались дела непотребные. Под такие-то «кулисы», или проще сказать — в «дома непотребные» (по Вульгате — lupanaria) и водились лучшие еврейские юноши, в угоду сирийским обычаям.

. «Так явилась склонность к Эллинизму и сближение с иноплеменничеством…» 'Ην δ' ούτως ακμή τις ελληνισμού καί πρόσβασις αλλοφυλισμού; слав., «и сице бе усердие некое к еллинству и успех языческаго жителства…» Точнее было бы выразить это место так: «было не до такой степени сладострастие какое-то эллинизма и увлечение иноземщиной…, что даже священники…» и т. д. ст. 14.

. «Принимать участие в противных закону играх палестры…», μετέχειν τής έν παλαίστρα παρανόμου χορηγίας…; слав.: «(тщахуся) причастницы быти палестре беззаконного предания…», точнее было бы выразить это по-русски: «старались принимать участие в палестре беззаконного хороводства…», т. е. в играх палестры, сопровождавшихся пением хоров и всякими веселиями. — «По призыву бросаемого диска…», μετά τήv тоύ δίσκου πρόκλησιv. Ό δίσκος — небольшой медный, утолщенный в середине круг без рукоятки (вроде тарелки), что делало упражнение им довольно трудным. Игрою в этот диск обыкновенно и начинались игры (палестры).

. «Отечественный почет…», πατρώοι τιμαί, слав.: «отеческия чести» — все, собственное, родное, что считалось у отцов почтенным и почетным. — «Эллинские почести…», ελληνικαι δόξαι — все, что у эллинов почиталось славным и вожделенным. Сказанное здесь — о предпочтении последнего первому — относится не только к священникам, о коих речь в 14 ст., но и ко всем Иудеям, которые искали удовольствие в греческом языческом образе жизни.

. «Пятилетние игры» — праздновавшиеся каждые 5 лет.

. Игры и празднества обычно соединялись с торжественными принесениями обильных жертв Геркулесу и пиршествами в честь его; на эти-то расходы Иасон и отправляет 300 драхм серебра. — «Антиохияне из Иерусалима», коих Иасон послал зрителями Тирских игр, как обнаруживается из дальнейшего, были просто новоиспеченными «гражданами Антиохийскими» из чистокровных Иудеев — Иерусалимлян (см. к ст. 9), которые потому-то и не нашли в себе достаточно мужества выполнить в точности волю Иасона II, сами просили отправленные с ними деньги употребить, вместо жертвы Геркулесу, на устройство гребных судов. — 300 драхм серебра — если только здесь драхмы считаются по-аттически, настолько незначительная сумма, по сравнению с достоинством Иудейского народа и намерениями Иасона (менее 100 рублей), что некоторые кодексы предпочитают указывать здесь 3 300 драхм (около 1 000 руб.). Некоторые же толкователи, оставляя неизменною первую цифру, находят лишь вероятным, что писатель книги здесь назвал драхмами ходячие монеты времен Селевкидов, равноценные агинейской дидрахме или аттической тетрадрахме и еврейскому сиклю, (сохранившиеся доныне в некоторых европейских музеях), бывшие в то время в большом распространении в финикийских и сирийских городах. Если так, то 300 драхм составят значительно большую выше исчисленного сумму около 400 рублей.

. Благодаря неточности перевода и, быть может, описке и самого автора книги, мысль в этом стихе лишена всякого смысла. Вместо έπεμψεν (послал, а не посланы, как переводит русский текст), некоторые кодексы имеют επεσεν (от πίπτω), что всю эту мысль видоизменяет так: «итак, ради пославшего, это пошло (пало, зачислилось) не на жертву Геркулесу, а ради принесших — на устроение гребных судов…»

. «Аполлоний сын Менесфея», в отличие от Аполлония сын Фрасея (III:5; IV:4), может быть — тот самый Аполлоний, который сопровождал снаряженное Антиохом Епифаном посольство в Рим (Лив. XLII, 6). — «По случаю восшествия на престол царя Птоломея Филометора…», δια τα πρωτοκλήσια…, слав.: «торжества ради восприятия престола…» Птолемей Филометор и до того времени был царем, но ввиду малолетства состоял под опекою своей матери Клеопатры, а по ее смерти, — вельмож Евлея и Ленея . Описываемое восприятие престола было торжественным празднованием совершеннолетия и самостоятельного вступления в управление государством (в 14 год жизни этого царя — 173 г. до Р. Х.). — «Заподозрил его враждебным себе…», μετελαβών 'Αντίοχος αλλότριον αυτόν τών αύτου γεγονέναι πραγμάτων…, точнее слав.: «возмнев Антиох чужда его быти своих вещей», т. е. заподозрив его враждебность своим интересам, озаботился о своей безопасности — κατ' αυτόν ασφαλείας εφρόντιζεν (грубо и нескладно русский текст: «начал стараться обезопасить себя против него…» ). Птоломей действительно мечтал о восстановлении оторванной от монархии Лагов при Антиохе III провинции Келе-Сирийской со включением Палестины и Финикии, отданной некогда в приданое за его матерью, и по этому поводу затеял и войну (ср. Полив. XXVII, 17). — Эту-то вражду себе заметив, Антиох и предпринимает свои путешествия — сначала в Иоппию, важный приморский город, чтобы здесь принять меры к его защите, а отсюда и в Иерусалим, чтобы установить расположение этого главного Иудейского города к своему правлению и обеспечить себе его верность. Отсюда Антиох идет в Финикию, очевидно, с тою же целью, с какою шел и в Иерусалим.

. «По прошествии 3 лет…» — не от упоминаемого в 21 ст. посещения царем Иерусалима, а от начала Иасонова первосвященства (10 ст.). — «Менелая, брата вышеозначенного Симона…» (III:4 и д.; IV:1). Иосиф Флавий (Арх XII, 5, 1; ср. XX:10) считает его братом отставленного Онии и при этом замечает, что его Иудейское имя было также Ония. Этому противоречит как будто показание III:4, откуда следует, что Менелай, как Вениамитянин, не мог быть облечен в первосвященническое достоинство, хотя нет ничего удивительного и в том, что у Антиоха легко могли взять перевес деньги, а не Моисеевы установления. Показание Иосифа о личности и имени Менелая, впрочем, весьма подозрительно — ввиду невероятности, что Симон имел двух сыновей с одним и тем же именем; с другой стороны, и радость ревнителей Иудейства (Chasidim) о том, что Алким явился достойным первосвященником из рода Аарона (1 Мак VII:14), только тогда будет понятна, когда предшественник его Менелай был бы не из этого рода и не первосвященнического происхождения. — Деньги (τα χρήματα), которые Менелай должен был доставить царю, были или обещанные (8 ст.) за первосвященство, или за разрешение Иерусалимской гимназии (9 ст.), или, наконец, могли быть определенною ежегодною данью храма. — «Представление о некоторых нужных делах…», περί πραγμάτων αναγκαίων υπομνηματισμοί — собств. напоминание о приведении в исполнение того, что еще до сих пор оставалось без последствий.

. «И польстив его власти…» Греч.: και δοξασας αυτόν τώ προσώπω τής εξουσίας, — слав. точнее: «и возвеличив его в лице власти ради…»

. «Получив от царя приказания» — βασιλικός εντολας — через которые Иасон объявлялся отставленным от первосвященства, а Менелай утверждался на его месте.

. Менелай получил власть и, вместе с этим, доступ к сокровищам храма, что, собственно, и было ему нужно. Обещанной же царю суммы он не платит, по-видимому, потому, что этому аферисту уже ничего более было не нужно. Если бы даже за неуплату взятки ему грозила и отставка, он — как говорится — сумел бы не остаться в накладе. После того как посуленной взятки не мог добиться даже Сострат, начальник (έπαρχος) городской крепости (т. е. оставленного в ней для порядка Сирийского отряда), исправлявшего также должность сборщика даней, — царь вызывает к себе обоих — одного за неуплату, другого — за неисправность и неумение взыскать эту подать. Оба оставляют себе «преемников», т. е. собственно заместителей (διάδοχος) на время своего отсутствия, как следует и из того, что Менелай потом снова выступает в роли первосвященника ( ст. и д.; V:5).

. Заместитель Менелая — Лисимах — оказался вполне достойным своего «брата» (39 и д.). — О Кратите, заместителе Сострата, в дальнейшем ничего не упоминается. Повествователь обозначает его, как τόν επί των Κυπρίων — начальника Кипрян. В то время (173 г. до Р. Х.) Кипр не был в обладании сирийцев, но принадлежал Птоломеям. В 168 году при своем последнем Египетском походе Антиох овладел этим островом, но тотчас же должен был возвратить его назад по требованию римлян (ср. Полив ХХIX, 11, 9–11 и Лив 45, 11 и д.). Отсюда, Кратит называется ό επί τών Κυπρίων или как прежний наместник острова, подобно Птолемею Макрону, перешедший на сторону Антиоха, или как главнокомандующий на Кипре за время Сирийской оккупации этого острова. Относительно того, какой ответ держали перед царем представшие на его суд Менелай и Сострат, ничего неизвестно. По-видимому, дела сложились благополучно для Менелая, благодаря неожиданному затруднению царя. Бунт Тарсян и Маллотян (30 ст. и д.) заставил его поспешно отбыть из Антиохии, где он оставил наместником своим некоего Андроника, поручив ему, очевидно, и дело Менелая. Щедрость последнего сделала то, что Андроник не только покончил дело в пользу подсудимого, но и в угоду ему совершил новое тяжкое преступление, убив обличителя Менелаевых беззаконий — Онию.

. «В то время, как это происходило…», т. е. когда Менелай и Сострат собирались предстать на суд царя. — Тарсяне — жители города Тарса, столицы Киликийской. — Маллоты — жители города Малла, в Киликии же недалеко от моря. Отдача областей и городов, т. е. доходов с них в качестве приданого или «на туалетные расходы» царских невест и жен, была в обычае у древнеазиатских владык. Антиох идет в этом случае еще дальше, сделав попытку распространить этот обычай и на своих наложниц, что, естественно, не могло понравиться никому, как и Тарсянам.

. Дафна, городок возле Антиохии, собственно предместье ее, за р. Оронтом, с знаменитою рощею, в которой находился храм Аполлона и Артемиды и άσυλον τέμενος (Страб. XVI, 750).

. «Бывшие в городе Иудее…» . Οί κατά πόλιν 'Ιουδαίοι, т. е. жившие в Антиохии Иудеи.

. «Добродетель и великое благочиние умершего…», σωφροσύνη και ευταξία — обозначения характера Онии с точки зрения языческой, что — с точки зрения Иудейской — выражается (III:1) в понятиях — ευσέβεια и μισοπονηρία.

. Πορφύρα — порфира, которую носил Андроник, была не знаком царственного достоинства его, а просто отличием, знаком особого благоволения царя к Андронику. — «Приказал водить его по всему городу и на том самом месте… казнить…» . Греч.: περιαγαγών καθόλην τήν πολιν έπ' αυτόν τόν τόπον… απεκτείνε…, слав. точнее: «по всему граду повелев обводити, на том же месте… погуби…» Оба эти действия взаимно, так сказать, служили одно другому: Антиох, — точнее сказать, — приказав через весь город провести Андроника к тому же месту (επ αυτόν τον τόπον), где был убит Ония, казнил там и самого убийцу.

. «Начал беззаконное насилие…», κατήρξατο χειρών αδίκων, аналогично αρχειν πολέμου, начать войну.

. О Птолемее, сыне Дорименове, см. к 1 Мак III:38.

. «В притвор…» — είς τι περίστυλον, слав.: «в некий притвор» . Это была, вероятно, галерея или колоннада, примыкавшая к дворцу или судебному залу.

. «Несчастные», осужденные на смерть, были те три мужа, которые были посланы от Синедриона, как защитники города, народа и храма в этом процессе. — Скифы считались у Греков и Римлян самым варварским народом. Отсюда выражение — «если бы и пред Скифами говорили, были бы отпущены» — обозначает высшую степень несправедливости и варварства. Самое выражение сильно напоминает известное изречение Цицерона (в Verr. II, 5, 58): si haec apud Scythas dicereme, tamen animos etiam barbarorum hominum permoverem.

. «Врагом граждан…», т. е. города Иерусалима.