JosuéChapitre 24

Второе увещание произнесено было Иисусом Навином также перед всенародным собранием, которое одушевлено было мыслью о Боге и Его присутствии предстали пред Бога. Народное собрание созвано было в Сихеме по нынешнему еврейск. тексту, многим позднейшим греческим спискам и основанным на них изданиям (напр., Комплютенской Полиглотте и Альдинской Библии), с которыми согласуется славянская Библия, равно как по переводу блаж. Иеронима. Напротив, в древнем Ватиканском, Александрийском и некоторых позднейших списках перевода 70-ти вместо Сихема читается Силом. Первое из этих чтений может быть названо в настоящее время общепринятым с включением к нашей отечественной литературы [Кроме учебных пособий протоирея М. Хераскова и П. Владимирского, оно признано «правильным» в соч. В. К. Лебедева, с. 348.]. В доказательство правильности его указывается на особенно важное значение Сихема, как священного города по религиозным воспоминаниям о патриархах, Аврааме (Быт XII:7) и Иакове (Быт XXXIII:19–20, ХXXV:4) и по воспоминанию о недавнем религиозном событии, местом которого служили находящиеся около Сихема горы, назначенные для этого самим Моисеем (VIII:30–35. Втор XI:29–30, XXVII:4–26). При объяснении избрания Сихема для народного собрания при Иисусе Навине встречается, однако, немаловажное затруднение, представляемое словами XXIV:26 и взял большой камень и положил его там под дубом, который подле святилища Господня (по еврейск. тексту «бемикдаш Иегова»). Святилище было, как видно из Исх XXV:8, Лев XII:4 и др, одним из названий Скинии собрания. Если Сихем был местом народного собрания, то существование в нем Скинии Господней, которая поставлена была в Силоме (XVIII:1), возбуждает недоумение. Это недоумение для того, кто читает настоящую главу книги Иисуса Навина по слав. или русскому переводу, усиливается тем, что в 25-м ст. говорится о заключении Завета с народом в Сихеме, пред Скиниею Господа Бога Израилева. Ясно указываемое в том и другом стихах существование Скинии Господней в Сихеме в нашей отечественной литературе объясняется тем, что на время народного собрания «перенесен был из Силома Ковчег Завета в Сихем, где устроена была временная Скиния или палатка близ дубравы Море», или — что «принесена была Скиния из Силома [См. вышеназванные учебные пособия.]. Но каких-либо указаний на перенесение Скинии или самой великой ее святыни в Сихем нет в библейском тексте, вследствие чего это объяснение оказывается ничем иным, как предположением, лишенным какого-либо основания, почему у западноевропейских комментаторов в новейшее время оно оставлено. Вопрос о святилище Господнем или Скинии в Сихеме, если этот именно город был местом народного собрания во времена Иисуса Навина, остается, таким образом, без надлежащего разрешения. Такое положение этого вопроса и побуждает обратиться к тем вышеназванным спискам перевода 70-ти, по которым в 1 и 25 ст. вместо в Сихеме читается в Силоме. Изначальность [Оставаясь верными нынешнему еврейскому тексту, западные комментаторы слово в Сихем признают конечно изначальным, а читаемое в греч. списках «в Силом» — изменением, которое сделали греческие переводчики по нерасположению к самарийскому городу, причем ссылаются на Сир L:28: глупый народ живущий в Сикимах. Но разве у иудейских книжников, оставивших без изменения в тексте слово в Сихем, было меньше нерасположения к самарянам, чем у греческих переводчиков поставивших Силом вместо Сихема?] последнего чтения видна из того, что она находится в древнейших списках перевода 70-ти, что после перенесения Скинии собрании из Галгала в Силом, последний именно служил неоднократно местом народных собраний (ХVIII:1, XIX:51, XXI:2, XXII:12), что не указано в книге Иисуса Навина обстоятельств, вследствие которых избран был для этого Сихем, и что, наконец, при этом чтении само собой устраняется недоумение, вызываемое сказанным в 25–26-м ст. (относительно смысла последнего см. далее). Вероятно, что и в древнем, доострожском славянском переводе, следующем тексту 70-ти по древнейшим его спискам, особенно по Александрийскому, читалось в Силоме [Из сочин. В. К. Лебедева это не видно, однако.].

Служение предков Авраама Богам иным, т. е. языческим, служит объяснением и дополнением к сказанному в Быт XXXI:19–34, ХXXV:4.

Слова и сделались там народом великим принадлежит греко-славянскому переводу, в еврейск. тексте они отсутствуют, но весьма сходные с ними читаются в Втор XXVI:5–6. Если бы этих слов не находилось в первоначальном тексте, 5-ый ст. являлся бы не имеющим прямой связи с предшествующим.

Пошел войною на Израиля, у 70-ти: (παρεταξατο τω Ισραηλ = слав. ополчился противу Израиля), т. е. приготовлялся к войне с Израилем (ср Чис XXII:6, Суд XI:25), одним из средств к чему служил призыв Валаама.

Шершни служили таким же средством к поражению ханаанитян во время борьбы с ними израильтян за ханаанскую землю, как те пресмыкающиеся и насекомые, которыми Господь поразил Египет (Втор VII:18–20). В кн. Премудрости (XII:12) они названы предтечами воинства Господня, посланными для того, чтобы они мало-помалу истребляли ханаанитян. В Палестине шершни водятся в большом количестве и отличаются особенной величиной [Tristram. The natural history of the Bible, 1880, с. 322.].

Увещание отвергните богов дает понять, что между израильтянами, современными Иисусу Навину, были такие, которые имели наклонность к язычеству, проявлявшуюся в том, что с поклонением Господу они соединяли почитание других богов, существование изображений последних у израильтян того времени менее указывается далее в 23-м от словами отвергните чужих богов [Мнение проф. Н. Щеголева («Призвание Авраама и церковно-историческое значение этого события», 1873 г., с. 100 и далее) что богами чуждыми названы здесь терафимы, не может быть признано за доказанное ввиду сказанного в 15 ст. о богах аморреев, которые могут входить также в понятие богов чуждых.], которые у вас. Эта наклонность некоторой части израильского народа к языческому культу разумелась, очевидно, и в словах послов западно-иорданских колен «разве мало для нас беззакония Фегарова, от которого мы не очистились до сего дня (XXII:17). В первом своем увещании Иисус Навин не касался этой темной стороны в жизни тогдашнего израильского народа, потому что она не выступила ясно и закрываема была другим господствовавшим настроением, которое выражалось в преданности Господу (XXIII:8).

Так как очищение народного служения Господу от языческих суеверий не могло быть достигнута внешними мерами, то поэтому Иисус Навин для достижения этой цепи обращается к народной совести, предлагая ей решить вопрос о том, кому народ хочет служить, Господу ли или другим богам, причем самой постановкой вопроса устраняется мысль о соединимости того и другого служения. Делая народу это предложение, израильский вождь поступает также, как и Моисей (Втор XXX:15, 19) и впоследствии Самуил (1 Цар VII:3). Свое влияние на народное решение он ограничивает действием только своего примера а я и дом мой будем служить Господу. Слова (ибо Он свят) читаются только в списках перевода 70-ти, по еврейскому тексту они произнесены Иисусом Навином далее, в 23-м ст.

Посему и мы будем служить Господу, т. е. подобно Иисусу Навину и его Дому (15).

На выраженную народом готовность остаться верными Господу Иисус Навин отвечает указанием невозможности для него служить Господу так, как должно служить Ему, т. е. в чистоте и искренности (14), если, разумеется, не отвергнет при этом народ других богов. И причина этой невозможности совершать угодное Господу служение указывается в том, что Он Бог Святый или «Всесвятый» (по еврейскому тексту слово святый поставлено здесь в множественном числе «Елогим Кедошим» для выражения полноты святости, принадлежащей Господу), Он — Бог ревнитель, не потерпит беззакония вашего и греха вашего. Как обладающий высочайшей нравственной чистотой, заключающейся в понятии святости, Господь не потерпит нечистого, греховного служения Ему, совершаемого с нарушением Его заповеди о непочитании других богов (Исх XIX:3–5), как Бог-ревнитель, Господь не потерпит, чтобы умалялось Его величие через служение Ему вместе с ложными богами. Невозможность для народа совершать угодное Господу служение, при указанном условии, раскрывается и доказывается для того, конечно, чтобы привести его к сознанию необходимости и полной решительности отвергнуть чужих богов и всецело обратить сердце свое к одному Господу Богу Израилеву (23).

И дал ему постановления и закон (по еврейскому тексту хок умишпат), т. е. изложил обязанности, которые принял на себя народ через вступление в завет с Богом, и права на получение благ, обещанных исполнителям божественных заповедей (Исх XV:25, где употреблены те же выражения). О Сихеме и Скинии см. ст. 1-й.

И вписал Иисус слова сии, т. е. то, что он говорил народу от имени Божия и что отвечал ему народ, предстоя пред Богом (XXIV:1–2), в книгу закона Божия, под которой разумеется книга закона, которую отдал Моисей священникам и старейшинам (Втор XXXI:9 24–26). В увековечение народного решения и возобновления Завета Иисус Навин взял большой камень и поставил [По-еврейски «ваийекимега», у 70-ти εστησεν — слав. постави.] его там под дубом [У 70-ти τερεμινθον (Β), τερεβινθον (Α) — теревинфом, из чего видно, что вместо «гаалла» 70-т читали «гаела».], который подле святилища [В еврейском тексте «бемикдаш» — (буквально) «в святилище», по переводу блаж. Иеронима: in sanctuano Domini.] Господня. Такой имеют смысл последние четыре слова в нынешнем еврейском тексте. В переводе 70-ти [По Ватиканскому, Александр., Лукиановским и некоторым другим спискам 26-й ст. оканчивается словами απεναντι Κυριου — «пред Господом». Это первоначальное чтение перевода 70-ти было дополнено в Гекзаплах Оригена через привнесение перед απεναντι члена της, относящегося к предшествующему δρυος, как переведено по-еврейски «гаалла» у Ахилы и Феодотиона υποκατω της δρυος (Field). Это привнесенное της изменено было в την в тех греческ. списках, в которых вместо δρυος читается τερεβινθον, таким, нужно думать, путем образовалось чтение υπο την τερεβινθον την απεναντι Κυριου, которое находится, напр., в Московской греческой Библии и с которым согласуется нынешний славянский перевод под теревинфом, иже есть пред Господем.] им соответствует «пред Господом» [Приведенный первоначальный текст перевода 70-ти απεναντι Κυριου показывает, что греческие переводчики еврейского слова «ашер» (который) не читали в бывшем у них еврейск. тексте, а вместо бемикдаш — святилище читали другое еврейск. слово, соответствующее употребленному ими απεναντι напр., «негед», переданное через απεναντι в III:16, или — «лифне», переведенное через εναντι в XVIII:6.]. Так дословно переданы эти слова в доострожском переводе пред Господем [В. К.Лебедев, 369. Дополнительные слова иже есть, предшествующие словам пред Господем, внесены в славянский перевод Острожскими справщиками.]. По этому изначальному греко-славянскому переводу библейский писатель говорит в данном месте о том, что большой камень поставлен был Иисусом Навином под дубом пред Господом, а по нынешнему еврейскому тексту — под дубом, который подле святилища Господня или — в святилище Господнем — Какое из этих двух чтений, представляемых главными памятниками библейского текста, имеет на своей стороне преимущество, видно из того, что доселе не дано, сколько известно, надлежащего объяснения читаемого здесь в нынешнем еврейском тексте названия «святилище Господне». Обычное у западных комментаторов [См. вышеназванные комментарии Keil'я, Dillmann'a, Oettli.] объяснение его в значении «священного места» около Сихема, ознаменованного сооружением на нем жертвенников Господу в патриархальные времена (см. объясн. к 1-му ст.) неправдоподобно потому, что ни в одном из других мест Библии это место не названо «святилищем» или «священным», а некоторые из доказательств, приводимых в подтверждение такого его значения, возбуждают даже недоумение [Доказывая существование священного места в Сихеме, некоторые из комментаторов (Keil. Iosua, 178, 184) указывают на то, что патриарх Иаков под дубом около Сихема закопал чужих богов (Быт XXXV:4), как будто последние могли сообщить месту что-либо, кроме его осквернения. Неуместна также ссылка и на то, что «у Сихема на горах Гаризим и Гевал» совершено было водружение закона в Ханаанской земле (Keil. Там же, или Толкование протоирея Владимирского). Библейский текст не делает никаких указаний на то, что это событие совершилось на том месте, на котором патриархи устраивали жертвенники Господу. Местом для жертвенника и поставления камней, на которых написан был закон, служила гора Гевал, а жертвенник патриарха Иакова воздвигнут был на поле (Быт XXXIII:19–20). Места около Сихема, связанные с именами патриархов Иакова и Иосифа, указываются местным преданием в долине Сихемской (Святая Земля, II, 337, 339, 340, 346, 347–348, 351–352). Дубрава Море, вблизи которой Авраам создал жертвенник, находится «при входе в Сихемскую долину, на равнине, вблизи источника Иакова». Tristram. Bible places, 197.]. При вышеприведенном предположении, что в Сихеме во время народного собрания находилась Скиния Господня, упоминание о «святилище», около которого поставлен был памятник, делается более понятным, но, помимо необоснованности самого предположения, против понимания «святилища» в смысле «Скинии Господней» говорит особенно то, что при этом Скинии назначается место, несогласное с законом она оказывается поставленной около дуба или теревинфа, против чего направлены слова Второзакония (XVI:21) не сади себе рощи из каких-либо дерев при жертвеннике Господа Бога. Неподдающееся, таким образом, удовлетворительному объяснению название святилище Господне, читаемое в данном месте по нынешнему еврейскому тексту, располагает к сомнению в верности последнего и к признанию того чтения, которое передано в переводе 70-ти, за первоначальное. Смысл слов библейского текста по этому переводу «и поставил его (т. е. большой камень) там пред Господом» состоит в том, что Иисус Навин поставил этот памятник во имя Господа, по внушению веры в Бога и преданности Ему, а не для увековечения своего имени.

Иисус Навин не оставил себе преемника по управлению народом потому, конечно, что считал достаточными для этого, при тогдашнем состоянии народа, существовавшие у него органы управления, какими были старейшины вместе с Первосвященником. О месте погребения Иисуса Навина и дополнении к библейскому тексту, сделанном здесь греческими переводчиками, см. XIX:50 и XXI:42.

Сказанное здесь служит подтверждением того, что доброе настроение, указанное Иисусом Навином (ХXIII:8) и выраженное народом (XXIV:16–17, 21), было в нем преобладающим, пока оно находило для себя поддержку в старейшинах, видевших все дела Господа.

Погребение вынесенных из Египта костей Иосифа (Исх ХIII:19) совершено было, вероятно, вскоре после поселения Ефремова колена в Сихеме, а отнесено к концу книги для того, чтобы передачей этого сведения не нарушать последовательного изложения других событий. Гробница праведного Иосифа (Кабр Юсуф), находящаяся в Сихемской долине, в 20-ти минутах от источника Иакова (Бир Якуб), пользуется и в настоящее время почитанием не только со стороны евреев и христиан, но самарян и мусульман.

Елеазар, сын Аарона, у 70-ти названный αρχιερευς — первосвященником, был похоронен, по-еврейскому тексту, в «Гивеат Пинхас» — (буквально) на холме Финееса, у 70-ти (по Александрийскому списку) εν Γαβααθ Φινεες — Гавааф, Финееса по слав. Библии местом этого города признается в настоящее время деревня Джибиа на Сихемской дороге, к юго-западу от Силома. — По еврейскому тексту и переводу блаж. Иеронима книга Иисуса Навина оканчивается 33-м стихом.

Излагаемые здесь сведения о том, что делали израильтяне по смерти первосвященника Елеазара и сына его Финееса, сообщаются только в греческих списках перевода 70-ти и согласно с ними в древнем и нынешнем славян. переводе. Они заимствованы большею частью из книги Судей; так слова …взявши ковчег Божий носили с собой или, по Лукиановским и некоторым др. спискам: εν Ισραηλ — «в Израиле, и Финеес…» имеют сходство с сказанным в Суд XX:27–28, ст. 35-й сходен с Суд II:6; ст. 36-й с Суд II:13; III:7 и 14.