TobieChapitre 12

Livre deutérocanonique.

Commentaire du chapitre (en russe)

Наставления Ангела Рафаила Товиту и Товии.

1–5. Товит предлагает Рафаилу награду за услугу Товии. 6–10. Ангел наставляет Товита и Товию исповедовать величие и благодеяния Божьи, восхваляет молитву и милостыню. 11–15. Рафаил открывает себя Товиту и Товии, объявляет им свою небесную природу и свое полученное от Бога служение и, в частности, миссию относительно Товита и Сарры. 16–22. Ангел успокаивает отца и сына, повелевает все случившееся записать в книгу и затем делается невидим.

1Alors Tobie appela auprès de lui son fils et lui dit : " Que donnerons-nous à ce saint homme qui t'a accompagné dans ton voyage ? "

2Tobie répondit à son père : " Mon père, quelle récompense pouvons-nous lui offrir ? Y a-t-il quelque chose qui soit en rapport avec ses services ?

3Il m'a conduit et ramené sain et sauf ; il a été lui-même recevoir l'argent de Gabélus ; il m'a fait avoir une femme, dont il a éloigné le démon, et il a rempli de joie ses parents ; il m'a sauvé moi-même du poisson qui allait me dévorer ; il t'a fait voir la lumière du ciel, et par lui nous avons été comblés de toutes sortes de biens. Que pouvons-nous lui donner qui égale ce qu'il a fait pour nous ?

4Mais je te prie, mon père, de lui demander s'il ne daignerait pas accepter la moitié de tout le bien que nous avons apporté. "

5L'ayant donc appelé, Tobie et son fils le prirent à part, et le prièrent de vouloir bien accepter la moitié de tout ce qu'ils avaient rapporté.

6Alors l'ange, seul avec eux, leur dit : " Bénissez le Dieu du ciel et rendez-lui gloire devant tout être qui a vie, parce qu'il a exercé envers vous sa miséricorde.

Commentaire, v. 6 (en russe)

. Прославление чудных дел милости Божией к Товиту и его семье, ради ревности о славе Божией и духовно-нравственной пользе ближних, было, по наставлению Ангела, долгом Товита и Товии, и они, по его же наставлению (ст. 20), должны были увековечить чудесные происшествия, имевшие место в их судьбе, в письмени.

7Il est bon de tenir caché le secret du roi, mais il est honorable de révéler et de publier les œuvres de Dieu.

Commentaire, v. 7 (en russe)

. Смысл изречения, повторяемого и ниже (ст. 11) и бывшего, может быть, пословицей, — образно и в антитезе представить нравоучительную мысль о прославлении чудных дел Божиих.

8La prière est bonne avec le jeûne, et l'aumône vaut mieux que l'or et les trésors.

9Car l'aumône délivre de la mort, et c'est elle qui efface les péchés, et qui fait trouver la miséricorde et la vie éternelle.

Commentaire, v. 8–9 (en russe)

. Наставления ангела о добродетелях: милостыне, молитве, посте, справедливости имеют общебиблейский характер, существенно тождественны с учением Ветхого и Нового Завета об этих добродетелях и отнюдь не составляют какого-либо учения со стороны писателя книги Товита. Совершенно произвольно утверждение Гретца, будто изречение Ангела Рафаила, что милостыня (ελεημοσύνη) очищает или искупает грехи (ст. 9 гл. XII) и что, таким образом, кроме жертвы, есть еще другое средство очищения или примирения, — представляет новое учение, впервые высказанное знаменитым в еврействе Иохананом-бен-Заккаем после разрушения второго храма Иерусалимского в утешение своих соплеменников, сокрушавшихся о невозможности, за неимением храма, приносить жертвы в очищение грехов (Gratz H. Das Buch Tobias oder Tobit, siene Ursprache, seine Abfassungszeit und Tendanz, 1879, см. у проф. Дроздова, с. 541–542). Аналогичные мысли и выражения об условиях действительности жертв и предпочтительности добрых дел и особенно милостыни пред жертвами встречаются во многих свящ, ветхозаветных книгах, напр., у пророка Осии (Ос VI:6) и Исаии (Ис I:11–13, 16–19), прямо о милостыне (ελεεμοσύνη), как добродетели, очищающей грехи, говорится в Притч XVI:6, Дан IV:24 и Сир III:30.

10Mais ceux qui commettent le péché et l'iniquité sont leurs propres ennemis.

11Je vais donc vous découvrir la vérité, et je ne veux vous rien cacher.

12Lorsque tu priais avec larmes et que tu donnais la sépulture aux morts ; lorsque, quittant ton repas, tu cachais les morts dans ta maison pendant le jour, et que tu les mettais en terre pendant la nuit, je présentais ta prière au Seigneur.

13Et parce que tu étais agréable à Dieu, il a fallu que la tentation t'éprouvât.

14Maintenant, le Seigneur m'a envoyé pour te guérir, et pour délivrer du démon Sara, la femme de ton fils.

15Je suis l'ange Raphaël, un des sept qui nous tenons en présence du Seigneur. "

Commentaire, v. 11–15 (en russe)

. Теперь Ангел, доселе почитаемый Товитом и Товией за человека Азарию, открывает им истинное существо и достоинство свое. При этом — согласно общему ходу развития библейской ангелологии — сначала (ст. 12–14) сообщает им о своих действиях в отношении к Товиту и Сарре (ср. III:16–17) — о своей земной миссии (ст. 14), а затем открывает им и небесное достоинство свое, положение в небесной иерархии. Упомянув о сокровенной, невидимой стороне описанной в книге Товита истории — о том, что как молитва Товита и Сарры (III:2–6; 11–15) в свое время была возносима Ангелом пред Святого (ср. Откр VIII:3–4), так и благотворительность Товита в деле погребения умерших соплеменников (I:17–19; II:1–5) была совершаема при невидимом содействии Ангела (ст. 12–13), затем о деятельности своей в качестве небесного посланника для уврачевания недугов Товита и Сарры (ст. 14). Ангел, наконец, объявляет Товиту и Товии истинную природу свою: «Я — Рафаил, один из семи святых Ангелов, которые возносят молитву святых и восходят пред славу Святаго» (ст. 15). Вместо стоящих в принятом греческом тексте книги слов: 'oi προσαναφέρουσιν τάς προσευχάς των αγίων — возносят молитвы святых, — слов, по-видимому, перенесенных в ст. 15-й из стиха 12-го, в Синайском кодексе имеются слова: οι παρεσιήκασι, «которые предстоят (славою Святого)»; равным образом и в Вульгате: qui adstamus ante Dominum. Выражение «предстоять» пред кем-либо взято из практики или обычаев при древних восточных царских дворах и в Библии часто употребляется как о земных отношениях — предстоянии слуг царя пред его престолом (1 Цар XXII:7; 3 Цар X:8; XII:6, 8), так и для выражения представления о небесном служении ангелов Богу (напр., см 3 Цар XXII:19; Ис VI:2; Дан VII:10). Конечно, это «предстояние» ангелов Богу должно быть понимаемо в совершенно общем значении служения их Богу, каковое служение не может ограничиваться небесною лишь сферою бытия ангелов, но обнимает и посланничество их Богом на землю для целей спасения людей. Поэтому ложно деление у раввинов ангелов на собственно «предстоящих» (assistentes) и «служащих» (ministrantes) Богу, из которых будто бы только последние могли быть посылаемы Богом в мир, а первые исключительно предстояли славой Божией. Книга Товита говорит против этого предположения: «предстоящий» Богу Ангел Рафаил посылается Богом на землю для целей спасения людей. В общее понятие «предстояния» или служения ангелов Богу входят, само собою, и возношение ангелами молитв людей пред Бога, ст. 12: ходатайство ангелов пред Богом за людей предполагается и в ветхозаветной библейской ангелологии (см., напр., Иов V:1; XXXIII:23; Зах I:12), и — особенно в Новом Завете, — в классическом месте Апокалипсиса гл. VIII, ст. 2–4. Поэтому и чтение ст. 15 в принятом греч. тексте («которые возносят молитвы святых» ), хотя и является сравнительно менее текстуально засвидетельствованным, но имеет всю силу внутренней достоверности (ср. у А. Глаголева, Ветхозав. библ. учение об ангелах: с. 269, 274–275).

Что касается семеричного числа предстоящих Богу ангелов, — о чем говорит книга Товита (XII:15), — то в ветхозаветной канонической письменности до времени плена нет ясных свидетельств о семи именно ангелах. Но в книге пророка Иезекииля (IX:1–2) выступают семь мужей-карателей, видимо, ангелы (ср. Зах IV:10), а в Апокалипсисе не раз говорится о семи духах или ангелах, стоящих пред престолом Божьим (I:4; IV:5; VIII:2, 6). При этом и кн. Товита и кн. Апокалипсис представляют этих семь ангелов высшими, т. е. архангелами.

Таким образом, в существенных своих чертах ангелология кн. Товита совпадает с библейскою ангелологией вообще (ср. у проф. Дроздова, с. 368 и д. у А. Глаголева, с. 408–409).

16En entendant ces paroles, ils furent hors d'eux-mêmes, et, tout tremblant, ils tombèrent la face contre terre.

17Et l'ange leur dit : " Que la paix soit avec vous ! Ne craignez point.

18Car, lorsque j'étais avec vous, j'y étais par la volonté de Dieu ; bénissez-le donc et chantez ses louanges.

19Il vous a paru que je mangeais et buvais avec vous ; mais je me nourrissais d'un aliment invisible et d'une boisson que l'œil de l'homme ne peut atteindre.

Commentaire, v. 16–19 (en russe)

. Описание впечатления, произведенного откровением Ангела на Товию и Товита, вполне аналогично с другими библейскими сказаниями о том, как принимали библейские лица явления ангелов (напр., Суд VI:22). Но здесь лишь рельефнее оттеняется (ст. 19), что ангелы, хотя при своих явлениях людям и действовали подобно людям, образ которых они принимали, однако вкушение ими пищи было лишь кажущимся действием, не сопровождавшимся превращением пищи и питья в кровь — существенным процессом питания. (Слова Ангела ст. 19 Гуго Гроций перифразирует так: non vertebantur cibi et potus in meam substantiam).

20Il est donc temps que je retourne vers celui qui m'a envoyé ; mais vous, bénissez Dieu et publiez toutes ses merveilles. "

21Après avoir ainsi parlé, il fut dérobé à leurs regards, et ils ne purent plus le voir.

22Alors, s'étant prosternés pendant trois heures le visage contre terre, ils bénirent Dieu, et, s'étant levés, ils racontèrent toutes ses merveilles.

Commentaire, v. 20–22 (en russe)

. По заповеди Ангела Товит и Товия и устно исповедывали великие дела Божии, совершившиеся на них, и письменно закрепили эти события в славу Божию и на пользу ближних своих и потомства.

Texte : Bible Crampon (1923). Commentaire : La Bible commentée, sous la direction d’A. P. Lopoukhine (en russe).