ÊxodoCapítulo 17

Промежуточными станами между Сином и Рефидимом были Дофка и Алуша (Чис 33:12–13), местоположение которых в точности неизвестно. Движение евреев определялось «повелением Божьим», т. е. указанием шедшего впереди их облачного столпа (Исх 40:34–38; Чис 9:15–23). Последний пред Синаем стан Рефидим полагают или в долине Фейран, отличающейся плодородием и обилием вод, собирающихся в ручеек, вытекающий из скалы (6), или в долине Шейх, в местечке Сувейра, где находится камень, называемый седалищем Моисея.

Со стороны народа ссора с Моисеем состояла в обвинении его за изведение из Египта и подвержение новому бедствию — смерти от жажды (3). В ее основе лежало сомнение в божественной помощи: народ не был уверен в присутствии в своей среде Господа (ст. 7), второй раз (15:24) делал греховную попытку убедиться, поможет он Моисею или нет (ср. Пс 77:18 и д.); ввиду этого ссора и являлась искушением Бога.

С чудодейственным жезлом (7:20; 14:16) в руках Моисей выступает пред народом в качестве чудотворца. Евреи поверят ему, как посланнику Божию (14:31), исчезнет намерение убить его, а потому ему нет оснований бояться смерти: «пройди перед народом».

Присутствие в руках Моисея чудодейственного жезла убеждало народ и его в предстоящем совершении чуда, в том же самом удостоверяли Моисея слова: «вот Я стану пред тобою». Ты не будешь оставлен Мною, Я буду сам присутствовать и совершу чудо, как бы говорит Господь (Пс 77:15–20; 104:41; 113:8). «В Хориве», не на горе этого имени, так как в данное время евреи не подошли еще и к Синаю, а в носящем данное имя горном хребте. «Камень, из которого потекла вода, как говорит Апостол Павел, есть Христос (1 Кор 10:4), для неверных сухой и упорный, а как скоро кто приложит жезл веры, делающейся удобоприемлемым для жаждущих и текущим внутрь приемлющих Его» (Григорий Нисский).

Амаликитяне, потомки Исава через сына его Елифаза (Быт 36:12), — кочевой, живущий грабежом, народ, занимали пространство между Идумеей и Синаем. Судя по свидетельству Втор 25:18, они напали не на главные силы и массы народа, а на последние, утомившиеся в пути и потому отставшие, ряды.

Иисус, первоначально называемый Осией, — сын Навина из колена Ефремова (Чис 13:8, 16). Только что роптавший, недовольный Моисеем народ не мог по своему настроению принять участие в битве во всем своем составе; для нее избираются лица отважные, не потерявшие присутствия духа (ср. Суд 7:1 и д.). Обещание встать с жезлом Божиим, жезлом чудодейственным (см. выше ст. 5), есть не что иное, как уверение в предстоящей победе над врагами.

По мнению Иосифа Флавия, упоминаемый в настоящем случае Ор есть одно и то же лицо с Ором, дедом известного художника, строителя скинии Веселеила и сыном Халева из колена Иудина (Исх 31:2; 35:30; 38:22; 1 Пар 2:19, 50; 4:1, 4; 2 Пар 1:5). Иудейское предание, отмечаемое Иосифом Флавием называет его мужем сестры Моисеевой Мариам. Насколько справедлива и верна еврейская традиция, сказать довольно трудно. Но она в достаточной мере объясняет тот факт, почему Моисей избирает в данном случае Ора; вместе с Аароном он — его ближайший родственник.

«Не потому только, — говорит Иустин философ, — народ одерживал победу, что Моисей молился, но и потому, что в то время, как имя Иисуса было во главе битвы, сам он, Моисей, делал знамение креста».

Израиль, как святыня Господня, является неприкосновенным; всех обижающих его настигает бедствие (Иер 2:3). Это общее правило применяется и к амаликитянам (1 Цар 15:2, 3). Приказание об истреблении записывается для того, чтобы впоследствии не было забыто.

Израиль сражался под знаменем Всевышнего, которое держал в своих руках Моисей, отсюда и название жертвенника: «Иегова Нисси»; по-еврейски: Господь — знамя мое. Такой смысл устанавливается выражением ст. 16: «ибо рука на престоле Господа». Моисей изъясняет название жертвенника: «Господь — знамя мое» тем, что рука его была на знамени Всевышнего, держала последнее (слав.: «рукою тайною», LXX: «εν χειρι κρυφαια» о руке Господа, поборовшей Амалика).