JosuéCapítulo 10

Воинственное движение против израильтян, охватившее ханаанских царей (IX:1), еще более усилилось вследствие известия о переходе на сторону первых Гаваона, который открывал им вход в самую середину страны. Угрожающую опасность прежде других почувствовал ближайший к Гаваону Адониседек, царь Иерусалима, который обратился за помощью к царям Хеврона, Иармуфа, Лахиса и Еглона для завоевания Гаваона. Иерусалим, тождественный с Салимом (см. к Быт XIV:18), в древние времена носил еще название «Иевус» (XV:8; XVIII:28) от жившего в нем ханаанского племени, а со времени Давида носил его имя (2 Цар V:6). О Хевроне см. к Быт XIII:18. Иармуф, в настоящее время деревня Ярмук с остатками стен древнего города, находился на западной стороне Иудейских гор верстах в 14 на запад от Вифлеема, впоследствии он принадлежал Иудину колену (XV:35). Лахис, находившийся потом также в уделе Иудина колена (XV:39), был укрепленным городом во времена Иисуса Навина, который взял его только на другой день после приступа к нему (X:32), чего не сказано о завоевании других городов. Он находился к северо-востоку от Газа в равнине (Шефела), на холме Умм Лакис, покрытом теперь развалинами. Раскопки, произведенные немецким ученым Петри в 1890 г., показали большую древность этого города, который в начале своего исторического существования восемь раз был разрушаем и восстановляем из своих развалин. Начало города относится к 1700 г. до Р. X. Еглон находился недалеко от Лахиса, к востоку от него. Невысокий холм среди равнины, на котором он был расположен, носит название Аджлюн.

Сил Гаваона и трех союзных с ним городов было недостаточно для успешной борьбы с царями южного Ханаана, владевшими укрепленными городами и имевшими войско, приученное к войне, что выразили гаваонитяне, посылая сказать Иисусу Навину, что против них собрались все цари Аморрейские, живущие на горах. Защита союзных городов требовала от израильтян полного напряжения их сил; в первый раз приходилось им вступать в сражение с соединенными силами ханаанских царей, от исхода которого зависело решение вопроса об их положении в Ханаанской земле. Иисус Навин вполне понял важное значение предстоящей битвы, которая справедливо причисляется к величайшим битвам в истории человечества [А. Stanley. Sectures of the Jewish Church, I:204; Cook, Commentary, II:49], и потому он двинул против врагов все свои силы, весь народ, способный к войне, и всех мужей храбрых. Господь через особое откровение ободрил израильского вождя обещанием всесильной Своей помощи, в надежде на которую Иисус Навин быстро, в течение одной ночи (ср. IX:17) совершил во главе своего войска трудный переход из Галгала к Гаваону (около 17 верст 2 пути) с подъемом на горы, указанием на что служит употребленный об этом пути (всю ночь шел) в еврейском тексте глагол «ала», значащий собственно: «восходил». Благодаря этому быстрому переходу израильское войско напало на врага внезапно.

Неожиданное нападение в самое глубокое утро (см. объяснение к 12 ст.) со стороны израильтян, уверенных в божественной помощи, произвело на войска союзников поразительное действие, они не выдержали удара и потерпели сильное поражение под стенами Гаваона. Эту победу библейский писатель, выражая, конечно, воззрение участников сражения, всецело приписывает Господу. Господь привел их в смятение при виде Израильтян (буквально с еврейского: пред Израилем) и поразил [Глагол «поразить» поставлен здесь в единственном числе в еврейском тексте и у 70-ти: συνειρεψεν, после чего в некоторых из греческих списков следует даже Κυριος; с этими списками согласуется древний рукописный (В. Лебедев, стр. 227) и нынешний славянский перевод: сокруши я Господь. По еврейскому тексту тоже подлежащее, т. е. Господь подразумевается и при следующих затем глаголах «преследовать» и «поражать», как это видно из латинского перевода: persecutus est… percussit — «преследовал, поразил») и нескольких позднейших греческих списков (Parsons), в которых читается: κατεδιωξεν, κατεκοπτεν. Вместо этого в древнейших (Ватиканском, Александрийском и Лукиановских) списках читается, однако, κατεδιωξαν, κατεκοπτον, согласно с чем в древнем славянском переводе («прогнаша», см. В. К. Лебедев, с. 214) и в нынешнем читается: погнаша… сечаху, т. е. израильтяне. Из этих несходных между собою греко-славянских переводов преимущество изначальной точности принадлежит еврейскому тексту и согласным с ним латинскому переводу и позднейшим греческим спискам, в чтениях по которым выражено то воззрение библейского писателя, что Гаваонской победой израильский народ всецело обязан был Господу Богу Израилеву.] их в Гаваоне сильным поражением.

Здесь библейский писатель объясняет то, как Господь преследовал и поражал ханаанских воинов, когда они, после поражения в Гаваоне, обратились в бегство и направились по дороге, проходившей около Гаваона, на запад к известному Вефоронскому подъему (по-еврейски — маалэ, у 70-ти αναβασις — восход), находящемуся между верхним (XVI:5) и нижним (3) Беф-Ороном. Положение обоих этих городов вполне известно: первый находился на месте нынешней деревни Бет Урель-Фока, второй — Бет Урет-табта; первый расположен был на высоком выступе горы, между двумя долинами на запад от Гаваона верстах в 10 (в 2-х часах пути). Между верхним и нижним Беф-Ороном находится крутой, неровный, на час пути, подъем (или спуск) между нависшими горами. Когда воины ханаанских царей устремились по этому спуску в долину. Господь бросал на них с небес большие камни. Последние у 70-ти и в книге Сираха (XLVI:7) поняты в смысле больших градин (λιθοι χαλαζης — камни града), падавших из грозовой тучи, которая служила орудием для поражения ханаанского войска. Выпадение такого необычайно крупного града, причинявшего увечья и смерть, само по себе не составляет, конечно, чего-либо исключительного, неповторимого. Приводимые при этом из ближайшего к настоящему времени примеры этого явления [У западных и отечественных библеистов (см. А. П. Лопухин, Библейская история Ветхого завета, т. I:883) указывается на сильную грозу в 1859 г. во время битвы австрийцев при Сольферино и на сильный град в 1831 г. на Босфоре, причинявший людям увечья и смерть.] показывают только непреувеличенность сказанного библейским писателем о больших камнях, падавших с неба. А то, что этот необыкновенный град падал именно на ханаанских воинов, искавших спасения в бегстве, служит указанием на высшую помощь, которую Господь посылал своему народу в его борьбе с врагами. Градобитная туча наносила смертельные удары ханаанскому войску и по выходе его из Вефоронского ущелья до Азека и Македа. Оба эти города, принадлежавшее потом Иудину колену (XIX:35, 41), находились на равнине между берегом Средиземного моря и горами Иудина колена (XV:33), но самое место их с точностью не определено: Азека, на основании 1 Цар XVII:1, находилась в недалеком расстоянии от г. Сохо или Сокхофа (о месте последнего см. XV:35), причем место ее некоторые [Tristram. Bible places, 45.] указывают в Деир-ель-Аашек, верстах в 10 (8 английских миль) на север от Сохо. Маккеда находилась, по мнению одних, на месте нынешней деревни Суммейль в 2 1/2 часах пути на северо-запад от Елевферополиса [Keil. Iosua, 79, на основании исследований van de Velde. О месте Елевферополиса см. X:29.], по другим — на мосте деревни Ель Мугар (что значит «пещера»), верстах в 3-х (2 английские мили) на юго-восток от Екрона (об Вероне см. XIII:3), около которой находятся пещеры (ст. 16), остающиеся, однако, неисследованными [Tristram. Там же, с. 42.]. Во всяком случае названные города полагаются к юго-западу от Беф-Орона; в этом же направлении, ближе к последнему, лежала и обширная Аиалонская долина, которая с юга от города Аиалона (XIX:42), на месте нынешней деревни Иало, тянется на северо-восток, в направлении к Беф-Орону.

После Гаваонского сражения Господь, по молитве Иисуса Навина, совершил еще другое необыкновенное дело, которому библейский писатель посвятил особый небольшой, как в III–IV гл., раздел (ст. 12–14), начинающийся указанием времени события. Оно произошло в тот день, в который Господь предал Аморрея, т. е. войско пяти ханаанских царей, в руки Израиля, или, как пояснено в славяно-русском переводе согласно с греческим, после поражения их в Гаваоне. Слова когда побил их в Гаваоне и они побиты были пред лицем сынов Израилевых отсутствуют в еврейском тексте, но читаются в древнейших и многих позднейших списках перевода 70-ти; они служат более ясным указанием времени излагаемого события. Когда, по смыслу приведенных слов библейского текста, битва под стенами Гаваона окончилась и разбитый здесь неприятель в смятении обратился в бегство, направляясь по дороге к Вефорону, то Иисус Навин, преследуя его, видел и большое число уцелевшего ханаанского войска, и возможность полного его поражения при тогдашнем его состоянии — поражения в этот именно день, пока он не оправился и не укрылся в свои города. Проникнутый этой мыслью и видя в то же время, как высоко поднялось уже солнце, Иисус Навин с дерзновением, свойственным людям, близким к Богу, в присутствии окружавших его воинов (пред израильтянами; буквально с еврейского: «пред глазами Израиля») воззвал к Господу: да станет солнце прямо Гаваону и луна прямо дебри Елон. Так передано это молитвенное воззвание в переводе 70-ти (Στητω ο ηλιος κατα Γαβαων και η σεληνη κατα φαραγγα Αιλων). Этот перевод, дословно переданный в славянской Библии, имеет преимущество пред обычным в настоящее время: стой, солнце, над Гаваоном, и, луна, над долиною Аиалонскою, что он вполне соответствует молитвенному воззванию, которое обращено было к Господу, а не к солнцу и луне (читаемый в этих словах еврейский глагол «дом» поставлен, нужно думать, в неопределенном наклонении, которое в еврейской речи часто употреблялось, как известно, в значении повелительного, почему он и в грамматическом отношении правильно переведен у 70-ти словами «да станет»). Это свое воззвание израильский вождь произнес, как можно думать, в то именно время, когда он, преследуя врага, достиг Вефоронской возвышенности и с нее увидел пред собой, на западе, обширную равнину с Агалонской долиной к юго-западу, а в Беф-оронском ущелье — массу спускавшегося по нему неприятельского войска, между тем как позади его, на восточной стороне, находился только что оставленный им Гаваон, над которым высилось дневное светило. Солнце поднялось уже довольно высоко с тек пор, как он в глубокое утро этого дня подходил к Гаваону, но еще не настолько был силен блеск его, чтобы совсем померкла луна; бледный крут ее был еще виден на западной стороне над Амалонской долиной. Такое положение небесных светил, указываемое словами воззвания Иисуса Навина, ведет, естественно, к представлению, что последнее произнесено было не в вечерний, а в дополуденный час, когда солнце видно было еще на востоке, а луна на западе; в вечернее время положение небесных светил было бы, конечно, обратное. — Цель молитвенного воззвания состояла в том, чтобы Господь продолжил этот счастливый день, ознаменованный победой, для совершенного поражения врага. Выражая эту мольбу, Иисус Навин употребил обыкновенный оборот речи, образовавшийся под влиянием простого непосредственного воззрения на небесные светила а их отношении к земле, продолжающий употребляться и в настоящее время, несмотря на известность со времен Галилея того научного положения, что движется не солнце около земли, а наоборот.

Несмотря на необычайность прошения, оно было услышано Богом и исполнено: солнечный свет продолжался во все то время, доколе народ, а по древнейшим греческим спискам [В Ватиканском и Александрийском списках читается: εως ημυνατο ο θεος τους εχθρους αυτων.], с которыми здесь согласуется славянская Библия, Бог [Господь читалось здесь и в древнем славянском переводе В. К. Лебедева, с. 385.] мстил врагам своим (или их), т. е. пока продолжалось в этот день преследование ханаанского войска. Указывая на исполнение молитвенного воззвания Иисуса Навина, библейский писатель вполне сознавал необычайность того, что совершилось, поэтому он, «опасаясь, что иной не поверит сему сказанию, говорит, что это найдено в древнем писании» [Творения блаж. Феодорита, т. I, стр. 281.]. По еврейскому тексту, с которым согласуются многие из греческих списков (за исключением, однако, древнейших [В Ватиканском и Александрийском списках ссылка на книгу Праведного отсутствует. Несмотря на это блаж. Феодориту и Прокопию Гасскому (Migne, Patrologia Ser. graeca, t. LXXXVII, p. 1020) она была известна.], библейский писатель ссылается здесь на книгу Праведного, говоря: не это ли написано в книге Праведного? Книга Праведного, утраченная в незапамятные времена, названа еще только в 2 Цар I:18 как такая книга, в которой записана была песнь Давида на смерть Саула и Ионафана, писанная еврейскими стихами. Ни писатель ее, ни время написания ее не известны. Из того, что в чей записана песнь Давида, не следует, конечно, что прежде этого времени не было этой книги или что она закончена была во времена Давида. Книга эта получила, нужно думать, свое начало раньше времени этого царя-песнописца и заключала в своем составе песни из времени завоевания Ханаанской земли. Из ссылки на нее писателя кн. Иисуса Навина очевидно, что содержавшаяся в ней песнь о Гаваонской победе была во времена писателя общеизвестной в израильском народе и могла поэтому служить живым напоминанием о необыкновенном дне этой победы. Из книги Праведного библейский писатель привел, как можно думать, слова молитвенного воззвания Иисуса Навина и его исполнения, заключающихся во второй половине 12-го и первой - 13-го стиха, в построении которых комментаторы-гебраисты усматривают особенности еврейской стихотворной речи [См., например, Cook, Commentary, II:56.], соответствующие характеру этой книги как содержавшей песни, подобные песни Давида. Но дальнейшие слова во второй половине 13-го и в 14 ст., написанные обычной простой речью библейского повествования [Взгляд неоднократно названного протестантского комментатора Кайля на 2-ю половину 13-го и 14-го ст., как написанные стихотворной речью и заимствованные также из книги Праведного, не признается правильным со стороны других комментаторов. См., кроме названного комментария Сооk'а, комментарий Dillmann'а.], принадлежат самому писателю кн. Иисуса Навина. В них он с совершенной ясностью и непреложностью подтверждает то, что почерпнуто из книги Праведного. Предусматривая недоумения, которые возбудит излагаемое событие, библейский писатель налагает снова в двух рядом стоящих предложениях необычайное событие, совершившееся в день Гаваонской битвы. Оно состояло в том, что солнце, достигши, как обыкновенно говорится и в настоящее время, высшей своей точки на небесном своде, продолжало светить полным своим светом: стояло солнце среди неба или, буквально с еврейского, «в половине неба», не спеша к закату, вследствие чего этот день продолжался более обыкновенного на целый почти день. К этому своему изложению события библейский писатель присоединяет указание на его необычайность в истории отношений Бога к людям: и не было такого дня ни прежде, ни после того, в который Господь [так] слушал бы гласа человеческого, или, по переводу 70-ти и древнеславянскому, послушал человека [По Ватиканскому и Александрийскому спискам ωστε επακουσαι θεον ανθρωπου, с опущением φωνης — гласа. Так же переданы эти слова и в древнем рукописном славянском переводе: Господу послушати человека (В. Лебедев, с. 231). Мнение автора этого сочинения, что Господу вместо Богу по греческим спискам явилось вследствие неверно прочитанного переписчиком сокращенного слова гласу, не представляется правдоподобным, потому что при этом глагол «послушати» не имел бы подлежащего, т. е. божественного имени, каким по греческим спискам служит Бог, по еврейскому тексту Господь. Но сказалось ли во внесении этого последнего божественного имени влияние еврейское о текста на древний славянский перевод?]. А в заключение библейский писатель указывает и причину беспримерного исполнения Господом прошения Иисуса Навина, которая состояла в том, что Господь сражался за Израиля. Слова ни прежде, ни после дают понять, что после дня Гаваонской победы прошло уже значительное время, которое давало право указать на беспримерность совершавшегося события. Три следующее одно за другим подобные выражения, в которых оно изложено, показывают, что библейский писатель действительно видел в исполнении молитвенного воззвания Иисуса Навина астрономическое чудо, действительно представлял день Гаваонского сражения продленным более обыкновенного по действию божественного всемогущества. Таково было понимание этого события и у древних Иудеев, как видно из кн. сына Сирахова (XLVI:5) и Древностей И. Флавия (V:1, 17), а также и у древних христианских писателей. По словам Иустина Философа, «Иисус остановил солнце, будучи наперед переименован именем Иисуса и получившим силу от Духа Его» (Разговор с Трифоном, § 113). Прокопий Гасский в продлении дня по молитве Иисуса Навина видит прообраз более продолжительного дня для борьбы с врагами, дарованного Иисусом Христом верующим (Migne. Patrologiae graecae. Т. LXXXVII, 1021). Какими средствами Господь продлил день Гаваонской победы, это остается за пределами человеческого знания.

Сравнение этого стиха с 43-м той же главы показывает дословную одинаковость их содержания, а рассмотрение того, что следует за 15-м стихом с не меньшей ясностью дает понять, что Иисус Навин не возвратился в Галгал после преследования ханаанитян до Азеки (10), а продолжал свой поход далее к югу и к востоку (39–40) и только после этого возвратился со своим войском в Галгал. От решения вопроса о том, что значит указываемое в 15-м ст. по нынешнему еврейскому тексту возвращение Иисуса Навина в Галгал, освобождает православного читателя Библии перевод 70-ти, в древнейших списках которого (в Ватиканском и Александрийском) не читается этот стих, а согласно с ними не читался он и в древнем нашем славянском переводе [В. Лебедев, 85. В Московской греческой Библии 15-й ст. читается, равно как и в Лукиановских списках.]. Впервые в славянском переводе он внесен был Острожскими справщиками на основании Альдинского и Комплютенского изданий [Там же, с. 361.], опирающимся на позднейшие греческие списки, текст которых дополнен по еврейскому тексту.

Истребляйте заднюю часть войска их, т. е. отставших на пути из ханаанского войска (Втор XXV:13). Сам Иисус Навин не участвовал, как видно из 21 ст., в этом преследовании, оставаясь в Македе.

Никто на сынов Израилевых не пошевелил языком своим…, т. е. никто не нарушал спокойствия (Исх ХI:7) и не оказал сопротивления им. Греко-славянский перевод этих слов не возскомле (ουκ εγρυξεν — «не бормотал, не осмеливался говорить») никто же от сынов Израилевых… выражает другое представление, не соответствующее контексту речи.

Приказание израильским воинским начальникам наступить на шеи побежденных царей в присутствии всего войска должно было со всей ясностью указывать всем на полную победу над ханаанитянами; отсюда выражение положить… в подножие ног (Пс СIX:1). Этот символический обряд, служивший указанием на полное поражение врагов, употреблялся и в Византийской империи.

Кроме позорного обряда, побежденные цари не были перед смертью подвергаемы мучениям, как это делалось у других древних народов: повешение, как символ позорной смерти, совершено было над трупами. Ср. VIII:29. Так же, нужно думать, поступили и с царем Македским.

Mecто Ливны, принадлежавшей впоследствии Иудину колену и находившейся на равнине (XV:33, 42), не определено с точностью. У Евсевия и Иеронима Ливна указана вообще в области Елевферополиса, который у географов Палестины [К. Raumer. Palastina; Riess. Bibel-Atlas.] обыкновенно признается тождественным с Бетогаброй грекоримских писателей, нынешним городом Бейт-Джибрином, который находится к юго-востоку от Аскалона [Описание Елевферополиса с его обширными пещерами в сочинении «Святая земля», II:144–160.]. В местности Елевферополиса, именно в «Арак ель Менжиэ» , как называется покрытый развалинами холм, верстах в 7 (5 английских миль), и указывают некоторые [Cook. Commentary, II:52. Tristram. Bible Places, 44.] место Ливны. «Это положение Ливны (на юг от Македа, который полагается при этом прямо на восток от Аскалона) согласуется с тем, что Иисус Навин после завоевания Македа направился против Ливны, а отсюда к Лахису» [Tristram. Bible places, 44–45.].

О Лахисе см. толкования к 3-му ст. Говоря о положении пришедшего на помощь Лахису Газерского царя, библейский писатель не упоминает о взятии города потому, конечно, что Иисус Навин ограничился поражением войска, а Газер, как находившийся значительно севернее Лахиса (см. XVI:3), оставил не завоеванным во время этого похода, который, после завоевания Еглона, из равнины поднялся затем в гористую часть южного Ханаана (для обозначения чего в 36-м ст. в еврейском тексте вместо пошел сказано взошел — ваийаал).

Имя хевронского царя здесь не названо, но, без сомнения, это был преемник убитого в Македе, вступивший на престол в продолжение того времени, в которое Иисус Навин завоевывал вышеназванные города. При завоевании Хеврона, Давира и других городов предаваемо было смерти все дышащее, что находилось в них, т. е. все находившиеся в них жители, но из последних многие или некоторые могли наперед удалиться в другие города или столь многочисленные пещеры в гористой Иудее и затем, по окончании похода, возвратиться в свои города, вследствие чего в Хевроне и Давире по XV:14 и оказались снова Енакимы.

ст. представляют общий обзор того, что завоевано было Иисусом Навином во время похода его в южный Ханаан: Иисус поразил всю землю нагорную, т. е. горную возвышенность, впоследствии Иудина колена (XV:48) с находившимися на ней городами, и полуденную, по еврейскому тексту — «Негев» (у 70-ти и в славянской Библии это названий оставлено без перевода, как имя собственное), как называлась южная часть Ханаанской земли, простирающаяся от гор Иудина колена до пустыни Фаран (Чис XIII:1–18) и — от конца Мертвого моря до Средиземного, имевшая значительное количество городов (XV:21–32), далее — низменные места или равнину, по еврейскому тексту «Шефела» (XV:33–47), наконец — землю, лежащую у гор (по еврейскому тексту «гаашедот», в славянской Библии «Асеидоф»), как называлась (XII:8 и др.) холмистая полоса, область горных склонов и холмов, лежащая между равниной и горной возвышенностью Иудина колена. Все дышащее предал заклятию, т. е. поразил всех людей, населявших перечисленные местности, согласно с Втор XX:16; VII:1–2. Словами поразил… от Кадес-Варни до Газы обозначается южная пограничная линия, определяемая двумя названными городами, лежащими на востоке (Кадес-Варни) и на западе (Газа). В настоящее время, благодаря исследованиям (Роулянда, Пальмера, Трумбуля), достаточно обосновано то положение, что Кадес-Варни находился не в долине Араба, у Аин-ель-Вейбэ (см. Толковую Библию, т. I. с. 235), а на юго-западной стороне гор Азазимэ в вади Кадис. Словами всю землю Гошен до Гаваона определяется протяжение завоеванной во время этого похода земли с юга на север. Земля Гошен, без сомнения, отличная от названного в Быт XLVI:28, Гесема (по-еврейски также «Гошен»), находилась в южной части удела Иудина колена (XV:51), но в частности, какая именно местность разумеется под этим названием, не определено точно. Может быть, всей землей Гошен назван тот горный округ, в котором находились города, перечисленные в XV:46–51, к разряду которых принадлежал и Гошен. Предположительно местом последнего признают некоторые [Tristram. Bible places, 60.] «Рафат», как называются обширные равнины с остатками христианского храма, на один час пути к северу от Иаттира (о месте последнего в XV:48).