Έξοδοςκεφάλαιο 12

С исходом из Египта началась для евреев новая жизнь, ознаменованная целым рядом милостей Господних к Своему народу. Воспоминание об этих последних составляет содержание так называемого церковного года. И так как первое из благодеяний — изведение из Египта падает на месяц авив, месяц колосьев (13:4; Втор 16:1), названный после плена вавилонского нисаном, то он и делается первым в церковном году.

Превращение авива в первый месяц церковного года закрепляло воспоминание об избавлении от рабства египетского; та же самая цель достигалась установлением праздника Пасхи («песах» — прохождение мимо, 11–12). Чествуя в празднике Пасхи историческое событие исхода из Египта, народ израильский вместе с тем праздновал и свое избрание в народ Божий, свое рождение, творение, так как исход и имел своею целью возрождение Израиля в народ Божий (Исх 19:4–6).

Пасха — праздник рождения, праздник жизни. Этот общий смысл праздника и выражается в его отдельных обрядах. Чтобы быть достойным избрания Божия, еврейский народ должен очиститься. Единственным средством к этому служили в Ветхом Завете жертвы. Жертвой начинается и в ней сосредоточивается пасхальное торжество. Жертвой праздника Пасхи служил агнец, называемый «пасхальною жертвою Господу» (Исх 12:27) и «жертвою праздника Пасхи» (Исх 34:25). Тот же смысл усвояется ему еврейским названием «zebach», употребляемым для обозначения кровавых жертв. Предназначаемый для Всевышнего, для богослужебных целей, агнец избирался за четыре дня до заклания —10-го авива, в целях, может быть, внимательного наблюдения, нет ли в нем недостатков, избирался каждым семейством, так как избавлены от рабства и приняты в народ Божий все евреи.

По закону агнец должен быть съедаем весь, и в крайнем случае остатки его сжигаются (10). И так как малое по числу членов семейство не в состоянии выполнить первого предписания, то оно обязано соединиться с другим. По позднейшему иудейскому преданию, в семействе не должно быть менее 10 человек.

Отделенный от стад 10 авива, пасхальный агнец закалывался 14-го вечером, или в буквальном переводе с еврейского «между двумя вечерами».

Как видно из ст. 13, было предписано кровью кропить косяки и перекладины дверей с той целью, чтобы карающая египтян десница Божья миновала евреев. Если же Ангел-губитель пощадил дома последних потому, что они были окроплены кровью агнеца, то из этого видно, что она была образом искупления, очищения и примирения. Ее значение равносильно значению всякой жертвенной крови (Лев 17:11).

Пасхальная трапеза символизировала общее единение участников трапезы между собой и с ее учредителем — Богом. На такое значение пасхальной вечери указывают условия вкушения агнца. Приготовляемый без раздробления на части, пасхальный агнец являлся символом единства и целостности, указывал, что вкушавшие его должны вступить в общение с Господом. В связи с выражаемой пасхальной трапезой мыслью об общении евреев с Богом стоит повеление вкушать агнца с опресноками и горькими травами. В Египте Израилю грозила опасность заразиться развращением своих повелителей (Нав 24:14). Но Господь вывел его из страны порабощения, избрал в народ чистый, святой. Как таковой, он должен изгнать из своей среды прежнюю закваску — нравственную порчу, начать новую безгрешную жизнь. Знаком этого и служило оставление в праздник Пасхи квасного хлеба, символа всего порочного (Мф 16:6; 1 Кор 5:7–8), и вкушение опресноков, хлеба чистого (евр. mazzot — чистый, ср. 1 Кор 5:8). Побуждением проводить такую жизнь служило, в особенности, божественное благодеяние — освобождение от египетского рабства. Напоминанием о горечи этого последнего служило вкушение горьких трав (πικριδως — LXX, род самой горькой травы, соответствующей дикому латуку), употребление которых, равно как и горькой пищи, служит обычным символом бедствий и страданий (Пс 68:22; Иер 2:19). «Не ешьте от него недопеченного или сваренного в воде, но ешьте испеченное на огне» не стоит в противоречии с Втор 16:7: «ты должен сварить (башал) и есть». Глагол «башал» не значит «варить», а просто «делать готовым», и потому может быть одинаково употреблен и по отношению к печению на огне, и варению в воде.

Объяснение последних слов ст. 11: «это Пасха Господня». Имеющий поразить всех первенцев в Египте от человека до скота и тем самым, поскольку некоторые породы последнего считались за богов, доказать бессилие их («произведу суд над богами египетскими»), Господь пройдет мимо домов еврейских. Отсюда «песах», Пасха — прохождение мимо.

Значением праздника объясняется его постоянное совершение за все то время, в течение которого будет сохранять свою силу ветхозаветный культ. Только в этом смысле Пасха — «установление вечное» (см. 1 Кор 5:7).

Подобно другим праздникам и установлениям, ветхозаветная Пасха является тенью, прообразом будущего (Кол 1:15–17). В пасхальных постановлениях тень будущего прозревали еще ветхозаветные писатели. Грядущему Мессии они усвояли такие названия, которые, очевидно, заимствованы от пасхального агнца.

Так, пророки Исайя и Иеремия уподобляют Его агнцу (Ис 53:7; Иер 11:19), и в этом уподоблении новозаветные писатели видят ясное указание на Иисуса Христа (Деян 8:32–35). Сообразно с этим название агнца прилагается к Нему и в Новом Завете (Ин 1:29; 1 Пет 1:19), а святой Иоанн Богослов, рассказывая, что воины не перебили голеней Христа, замечает: «сие произошло, да сбудется Писание: кость Его да не сокрушится» (19:33–36; Исх 12:10).

Более подробно раскрывают преобразовательное значение Пасхи отцы и учители Церкви. «Агнец, — говорит Кирилл Александрийский, — долженствовал быть предварительно избран и отделен от стада для жертвы: так и Христос от вечности предопределен к страданию за род человеческий». От пасхального агнца требовалось, чтобы он был совершен, без порока, мужеского пола, однолетен (Исх 12:5). Все эти черты, по указанию отцов Церкви, ясно изображают Иисуса Христа. Совершенство агнца — совершенство Христа не только по божеству, но и по воспринятому естеству, которое помазано божеством. Непорочность агнца — непорочность Христа, потому что Он врачует от позора и недостатков и скверн: сам Он воспринял на Себя наши грехи и болезни, но сам не подвергся ничему требующему врачевания. Агнец берется единолетен, как солнце правды (Мал 4:2; Григорий Богослов). В заклании пасхального агнца отцы Церкви видят соответствие с великой Жертвой. И прежде всего время заклания совпало с временем распятия Христа. «Он (Моисей), — говорит святой Ириней, — знал и день страдания Его и образно предсказал его под именем Пасхи. И в этот самый праздник Господь пострадал, совершая Пасху». «В четырнадцатый день агнец пасхальный заклан во образ Господа, распятого на кресте», замечает Ефрем Сирин. Кропление кровью пасхального агнца — образ нашего искупления кровью Христа (Кирилл Александрийский). «Вкушение пресных хлебов, по его словам, — указание на то, что сделавшиеся причастниками Христа должны питать душу свою не заквашенными, чистейшими пожеланиями, приучая себя к чуждой коварства и свободной от порочности жизни». Горькие травы — образ страданий, которые мы должны переносить по любви к Тому, Кто ради нас пошел на смерть.

Началом семидневного праздника опресноков является следующий за Пасхой день, т. е. 15-e число авива (Лев 23:6; Чис 28:17). В ночь на это число евреи покинули Египет (29–34). В знак начавшейся с данного момента новой жизни (17) отрешения от египетской закваски, евреи должны изгнать из своих домов все квасное. Нарушитель постановлений богоизбранного народа исключает себя из среды этого последнего, — наказывается смертью (Быт 17:14; ср. Исх 4:24; 31:14).

Начало и конец праздника освящаются собраниями при скинии (Лев 23:6; Чис 28:17 и д.). Отрешившиеся от всего дурного предают себя Господу, не отвлекаясь от служения Ему житейскими занятиями. Покой первого и седьмого дня праздника опресноков подобен субботнему, но не так строг (16:23).

Сообразно с повелением 3-го ст. Моисей объявляет народу закон о Пасхе. Возвещая волю Божию, он делает некоторые добавления.

К добавлениям относится замечание об иссопе, под которым разумеется не иссоп в буквальном смысле, как не растущий в Сирии и Аравии, а сходный с ним вид растения, и приказание не выходить из домов: кровь спасает только находящихся в зданиях.

В Исх 11:4 поражающем первенцев египетских «язвою губительною» представляется сам Всевышний. Между тем и 23 ст. от него отличается, как орудие казни, особый губитель. (В 12:13, 23, 29 говорится – когда буду поражать землю египетскую, поразил землю, поразил Египет. Нет однозначного указания, что Господь САМ поражал людей. Если он будет вести ангелов, совершающих возмездие – это не значит, что он САМ будет убивать людей. Во многих местах Священного Писания всегда Ангелы сопутствуют Богу — ведут, помогают, разговаривают от имени Бога. Это подтверждает и следующее ниже мнение святых отцов. Прим. ред.) По словам некоторых учителей Церкви — Иустина, Оригена и блаженного Августина, это были злые Ангелы, указание на что дается в 49 ст. 77 Пс; Василий Великий, Иоанн Златоуст и блаженный Феодорит разумеют под «губителем» доброго Ангела; Таргум, согласно замечанию книги Премудрости Соломоновой (17:14–15), видит в губителе непосредственное, чрезвычайное действие слова Божия («мемра», по Таргуму). Одни из новейших экзегетов отождествляют это слово с Ангелом Всевышнего, другие видят в губителе простого Ангела, что представляется более естественным (ср. 2 Цар 24:16; Ис 37:36).

В полночь с 14 на 15-е нисана. В 5 ст. 11 гл. для обозначения объема казни употреблено другое выражение: «от первенца фараона до первенца рабыни, которая при жерновах». И то, и другое выражение ясно говорит об истреблении всех первенцев, и в самых высших, и в самых низших классах народа. Пленный раб также хорошо может служить образом самого низкого положения в обществе, как и рабыня, занимающаяся размалыванием хлеба жерновами.

В противоположность первым девяти казням десятая производит на фараона предсказанное действие (11:8). Причина этого заключается в следующем. По египетской мифологии фараон считался не только представителем, но и сыном верховного бога Ра. «Благоговейно да почитается за твои заслуги сын солнца, фараон, да поклоняются ему», говорится, между прочим, в гимне богу Ра. В виду этого взгляда вполне понятно, почему первые казни не подействовали на фараона. Пусть, рассуждал он, Всевышний доказал Свое превосходство над богами египетскими. Я сам бог, и так как ни из чего не видно, чтобы Он был выше меня, то я и не нахожу нужным подчиняться Его требованиям. Теперь же у фараона, считающего себя богом, умерщвляется по Божиему произволению первенец. Сущий, а не кто-нибудь иной (4:23), проявил Свою власть над ним. Он сильнее, выше фараона; последнему под влиянием сознания своего личного бессилия пред Всевышним остается преклониться пред Его волей. И фараон действительно отпускает евреев, исполняет требование Моисея (8:26).

Замечание о хлебе, который еще не вскис, но уже был, очевидно, приготовлен для вскисания, дает право предполагать, что народу не был известен закон об опресноках. И действительно, он объявляется позднее, а самое выполнение его относится ко времени поселения в земле обетованной (13:6 и д.). Нисколько не противоречит такому взгляду замечание ст. 39, что евреи испекли пресные лепешки из того теста, которое они взяли из Египта. Приготовление этих лепешек было не исполнением закона об опресноках (15 и д.), а делом простой необходимости: припасов евреи с собой не захватили, кислое тесто не было готово (34), а потому и пришлось довольствоваться пресными лепешками.

См. выше объяснение 19–20 ст. III гл.

О Раамсесе см. в толкованиях на 11 ст. I гл. Сокхоф — «шатры», может быть, разумеется местность, называемая в египетских памятниках Сехет. О числе вышедших см. толков. 7 ст. I гл.

О существовании среди вышедших из Египта евреев иноплеменников упоминают и другие места Пятокнижия: Чис 11:4; Втор 29:11. Судя по Лев 24:10, к ним принадлежали египтяне, с которыми евреи вступали в родственные отношения. К иноплеменникам относят также «богобоязненных» египтян (9:20) и, наконец, родственных евреям семитов, которые, по мнению ученых, издавна жили на восточной границе Египта.

Продолжительность пребывания евреев в Египте определяется в 430 лет: «времени же, в которое сыны Израилевы обитали в Египте, было 430 лет». В тексте же LXX в это число включены и годы обитания патриархов народа еврейского в земле Ханаанской: и обитания сынов Израилевых, сколько они и отцы их обитали в Египте и в земле Ханаанской, было 430 лет. И так как Авраам, переселившись в Ханаан 75 лет (Быт 12:4), через 25 лет пребывания в нем родил Исаака (Быт 17:1, 21), Исаак 60-ти лет от роду родил Исава и Иакова (Быт 25:26), а Иаков переселился 130 лет (Быт 47:9), то, складывая 25, 60 и 130 получаем 215, т. е. 215 лет жизни, по греческому тексту, патриархи в земле Ханаанской, и 215 лет пребывали их потомки в Египте. В зависимости от разногласия текстов и последующая литература не отличается единством взгляда на продолжительность жизни евреев в Египте. Иосиф Флавий, Юлий Африкан, Евсевий Кесарийский, из русских митр. Филарет следуют счислению LXX; Феофил же Антиохийский, равно и Климент Александрийский — счислению евреев.

Описание жизни патриархов бытописатель закончил в книге Бытия. Вся книга Исход, в частности, предшествующие данному месту главы, имеют дело с переселившимся в Египет Израилем. По ходу речи естественно ожидать, что бытописатель и при хронологических исчислениях будет иметь в виду только египетскую жизнь евреев. А что имеет в виду ее, то это видно из следующего. Подлежащий хронологическому определению период называется у него словом «мошав» (отглагольное имя существительное от глагола «иасав» — сидеть), т. е. представляется временем оседлой, а не кочевой жизни еврейского народа, каковой может быть названа только жизнь в Египте, но ни в каком случае не в Ханаане, где патриархи вели жизнь странническую (Быт 47:9). В пользу еврейского счисления говорит далее Быт 15:13: «знай, что потомки твои будут пришельцами в земле не своей, и поработят их и будут угнетать их 400 лет».

Под землей, в которой потомки Авраама будут пришельцами 400 лет, ни в каком случае нельзя разуметь Ханаан. Согласно обетованиям (Быт 12:7; 13:17; 15:18; 17:8; 18:13) он был отдан патриархам и их потомкам, являлся для них землею «своею», а потому и не мог быть назван «чужою», «не своею». Но если под землею «не своею» нельзя разуметь Ханаан, то и в число 400 лет пребывания в ней невозможно включать годы странствования патриархов в Палестине. Свидетельствуя против всего греческого счисления, приведенное место говорит, в частности, и против разделения периода в 430 лет на две части, считая в каждой по 215 лет. По ст. 13, пришельцами будут потомки Авраама; следовательно, из 215 лет жизни патриархов в Ханаане приходится исключить 25 лет странствования самого Авраама (см. выше), и первая часть всего периода будет равняться 190 а не 215 годам. Не противоречит еврейскому счислению происшедшая в Египте смена лишь четырех поколений (Левий, Кааф, Амрам и Моисей) и свидетельство Апостола Павла (Гал 3:16–17). Как видно выше (см. объяснение 14–25 ст. 6 гл.), между Каафом и Моисеем сменилось более четырех поколений, Амрам, отец Моисея, не сын Каафа, а позднейший потомок Левия. Что же касается свидетельства Апостола Павла, то прежде всего, не видно с какого момента он начинает счисление 430 лет. С другой стороны, выражение «говорю по рассуждению человеческому», дает понять, что Апостол Павел следует общераспространенному при нем счислению.

Пасха — национальный праздник народа еврейского, установленный в воспоминание избавления от рабства египетского. И если иноплеменнику чужды вызываемые этим событием чувства, то, конечно, странно и его участие в данном празднике: «иноплеменник не должен есть ее».