Νεεμίαςκεφάλαιο 6

. О названных в ст. 1 лицах см. прим. к II, 19 и II, 10. И прочих неприятелей наших: вероятно, азотян и других жителей филистимского побережья.

. Может быть, с целью разъяснения слухов Санаваллат и Гешем приглашают Неемию сойтись в одном из сел (bakephirim) на равнине Оно. Kephirim, стоящее с членом, принимается некоторыми экзегетлами за собственное имя и отождествляется с упоминаемой в 1 Ездр. II, 25 Кефира, служившей пограничным пунктом тогдашней иудейской области. Развалины Кефиры Робинзон (N. bibl. Forsch. 190) указывает в расстоянии 3-х часов пути от Гаваона. По 1 Пар. VIII,12; Неем XI,35 равнина Оно лежала вблизи Лидды и потому может быть отождествляема с нынешней Кефр-Ана (или К-Анди), находящейся на расстоянии двух часов пути от Лидды и в 40 вер. к сев.-зап. от Иерусалима.

. Причиной отказа Неемии последовать повторявшемуся четыре раза приглашению врагов было не только нежелание замедлить своим отсутствием постройку, как указывается в ст. 3, но и опасение коварнных замыслов со стороны врагов.

. В пятый раз Санаваллат прислал в Иерусалим слугу с открытым письмом в руках. Очевидно, Санаваллат желал, чтобы обвинения, содержавшиеся в письме, были известны всем в Иерусалиме и чтобы эти обвинения, — или, устрашив, заставили прекратить постройку стены (ст. 9), или же побудили Неемию отправит-ся на равнину Оно для объяснений.

. Слух носится у народов - конечно, у народов соседних. И Гешем говорит: в евр. тексте вместо Гешем читается Гашму, что, без сомнения, тожественно с Гешем. Очевидно, Гешем выставляется в качестве особенно авторитетного лица.

. Замыслы Санавалпата, как видноизст. 8-9, не только не достигли своей цепи - остановить постройку стен, но наоборот, придали более энергии Неемии ("я тем более укрепил руки мои").

. После неудачных попыток погубить Неемию Санаваллат задумал путем хитрости побудить его к нарушению закона и этим подорвать его авторитет в народе. Он воспользовался для этого содействием пророка Шемаии, который, по-видимому, был одним из самых сильных (ст. 14) противников Неемии. Когда Неемия зашел в дом Шемаии, последний от имени Иеговы возвестил Неемии, что этою ночью враги намерены убить Неемию. Для избежания опасности Шемаия предлагал Неемии пойти вместе с ним в храм и там запереться. Согласившись на это предложение, Неемия, с одной стороны, обнаружил бы страх перед врагами, а с другой, нарушил бы предписания закона, так как, будучи мирянином, он не имел права входить в храм. То и другое унизило бы авторитет Неемии в глазах народа.

И он заперся, евр. vehu azur, "и он был заключен", - замечание, точный смысл которого установить трудно. Берто понимает это замечание в том смысле, что Шемаия находился в состоянии вдохновения; Евальд и Ролинсон - что Шемаия был в состоянии нечистоты. По Кейлю, заключение Шемаии имело символическое значение - указывало на то, что должен был сделать Неемия. Но проще понимать выражение vehu azar в том смысле, что Шемаия уклонялся от общественной деятельности, и посещение Неемии было вызвано желанием узнать причину этого уклонения.

. Неемия, как видно из ст. 11, понял скрытую цель предложения Шемаии и потому ответил ему отказом, убедившись, что Шемаия подкуплен врагами.

. Как видно из сопоставления ст. 7 и 14, в среде пророков, как и во всем народе, было два направления: одни из пророков содействовали Неемии, другие же, в том числе Шемаия и пророчица Ноадия, были против обособления от соседей и реформирования в строго законном духе. Эти два направления в иудействе, начавшись со времени Неемии, сохранились и в дальнейшей истории (см. об этом М. Поснов, Иудейство. К характеристике внутр. жизни иуд народа в послепленное время. Киев, 1906. Стр. 5-104).

. Год окончания стены Иерусалима не называется, вероятно, потому, что предполагается известным из ранних указаний (ср. I, 1; II, 1; V, 14; XII, 6). Это был 20-й годАртаксеркса, и именно, вероятно, Артаксеркса Лонгимана (ср. прим. к 1 Езд VII, 1) или 445 (444) г, до Р. Х. Элул был 12-м месяцем года. -В ст. 15-м обращает на себя внимание то обстоятельство, что для возведения стены указывается слишком краткий срок (52 дня). Ввиду краткости срока, а также и свидетельства И. Флавии (Древн. XI, 5-7), что постройка стены продолжалась 2 года и 4 месяца, некоторые экзегеты склонны видеть в ст. 15-м порчу текста.Но с общим ходом рассктогахлроениистеныуказаниест. 15-го на краткий срок вполне гармонирует. Рассказ отмечает, что постройка велась ускоренно, что строителей было много и работали они с ревностью. Кроме того, из рассказа видно, что стена собственно не вновь строилась, а только починялась, причем для некоторых частей стены (ср. III, 13-15) не потребовалось даже и починки. По вычислениям Рисселя, из 12 978 анг. футов протяжения стены починялось не более 8 тыс. Как видно из гл. III, это пространство было разделено на 40 отделений, в среднем по 200 ф. на каждое. При значительном количестве работающих и при облегчении работы тем, что строительный материал находился под рукой, так как камни разрушенной стены не были увезены, - не удивительно, что стена была окончена в 52 дня. Еще быстрее были построены стены Афин при Фемистокле и стены Александрии при Александре Великом.

. Впечатление, произведенное на соседей окончанием постройки стен, в греч. и слав, текстах значительно усилено: "и убояшася вси языцы иже окрест нас, и нападе страх велик пред очи их". В первом предложении, по-видимому, вместо евр. гаал (видеть) LXX читали jareh (бояться), а во втором свободно передали редкий оборот речи, имеющийся в подлиннике.

. В последних стихах VI гл. делается несколько замечаний об отношении Неемии кТовии. Вероятно, Товия, носивший, как и сын его Иоханан, чисто израильское имя, по своему происхождению принадлежал к одному из колен Израильского царства и, может быть, отстаивал именно интересы уцелевших в Палестине жителей этого царства. Он поддерживал частые сношения с Иерусалимом, так как многие в Иудее были в клятвенном союзе с ними (ст. 18). Из последнего замечания можно заключать, что при заключении браков родственники давали клятвенное обязательство поддерживать друг друга.

Имена Арака и Мешуляама, с домами которых состоял в родстве Товия, упоминаются еще в 1 ЕздII, 5; III, 4.30). Предполагают, тесть Товии Шехания и тесть Иоханана Мешуллам принадлежали к потомкам Зоровавеля (ср. 1 Пар III, 20 и д.). Как видно из Неем XIII, 4, Товия был также родственником первосвященника Елиашива.

. Даже о доброте его они говорили при мне, - по-видимому, с целью сблизить Неемию с Товией.Так как смысл ст. 19 не вполне ясен и параллелизм в нем не выдерживается, то, не без основании некоторые экзегеты (Гейн, Бертолет] подозревают в данном случае порчу в тексте.