ÊxodoCapítulo 3

Употребленное в еврейском тексте для обозначения отношений Иофора к Моисею слово «хотен» значит не только «тесть», но «зять» (Суд 19:5) и даже «шурин», брат жены (Суд 1:16; 4:11; Чис 10:29 по русск. тексту). Сообразно с этим само по себе оно не представляет еще несомненного указания на то, что Иофор одно и то же лицо с Рагуилом, отцом Сепфоры, жены Моисея. Подобное значение оно приобретает при свете других библейских мест, дающих понять, что по отношению к Моисею Иофор является родственником. Так, Моисей, намереваясь отправиться в Египет, спрашивает у Иофора согласия на это (4:18), равным образом, получив известие о его приближении, вышел навстречу ему и поклонился (18:6–7). Почетная встреча Иофора соответствует положению его, как отца жены Моисея, и наоборот, является странной, если представлять его братом Сепфоры, шурином Моисея.

Название Хорив усвояется и целому горному хребту (Исх 17:6), в котором лежал Синай, благодаря чему эти два названия оказываются тождественными (ср. Исх 3:1 с Деян 7:30; Исх 19 с Втор 1:6,19; 4:10,15; 5:2; 18:16; Исх 32:1 с Пс 105:19), и отдельной горе, находившейся севернее Синая. Так как Хорив входит в состав гор Синайского полуострова, то очевидно, что под пустыней, углубление в которую («далеко в пустыню», «в конец пустыни», по самаританскому тексту) привело Моисея к этой горе, понимается пустыня Синайского полуострова (см. Деян 7:30). Пастбища при Хориве в древности, как и теперь, изобиловали кормом и водопоями, достаточными для мелкого скота (евр. цон).

Внешняя сторона видения — горящий, но не сгорающий терновый куст изображает бедственное положение евреев в Египте. Терновый куст, не отличающийся ни ростом, ни плодородием, служит символом чего-либо низкого, презираемого (Суд 9:8–15), в настоящем случае народа еврейского, а пламя огня, как сила истребляющая (Втор 4:24), указывает на тяжесть страданий (Втор 4:20; Иер 11:4; 3 Цар 8:51). Но как куст горел, а не сгорал, так точно и народ еврейский не уничтожался, а только очищался в горниле бедствий.

По величию явившегося и самое видение называется великим.

По абсолютной святости явившийся недоступен для смертного человека: «не подходи сюда». Последний должен испытывать в присутствии Его чувство глубочайшего смирения и почтения: «сними обувь с ног твоих» (ср. Нав 5:15).

Внутреннюю сторону явления составляет определение Божие о наступлении времени освобождения евреев и введения их в землю обетованную. Основанием для него является, с одной стороны, непреложность данных Аврааму, Исааку и Иакову («Я Бог отца твоего», единственное «отца» вместо множественного «отцов», ср. 15:2; 18:4) обетовании о наследовании их потомками земли Ханаанской: они, как живые (Мф 22:32; Лк 20:37; Мк 12:26), ждут их исполнения, а с другой, молитвы о помощи самих евреев. «Бог увидел их страдание, услышал вопль, знает скорби», — все это усвоено Его чувствами и мыслью. Они заслуживают божественного снисхождения, а их злобные угнетатели должны подвергнуться суду (Быт 15:14). Поэтому Бог идет избавить народ Свой, — принимает непосредственное участие в его освобождении.

«кто я, чтобы мне идти к фараону?…» Я — простой пастух, — как бы говорит Моисей, — и вдруг буду требовать от царя могущественного народа, чтобы он отпустил евреев!

Служение Богу на Хориве, как событие, следующее за изведением евреев из Египта, должно служить Моисею ручательством за несомненный успех его посланничества. Не должен он страшиться и своего ничтожества: с ним будет сам Бог.

Новое препятствие к исполнению поручения усматривается Моисеем в самом народе. Последний может спросить Моисея: как имя тому Богу отцов, Который явился ему? Что же он ответит им? Евреи пожелают видеть в самом божественном имени указания на такие свойства, которые с несомненностью ручались бы за то, что обещание вывести из Египта исполнится.

Сообразно с таким законным желанием Моисею и открывается всеобъемлющее обозначение сути Бога — Сущий, по-еврейски — «Иегова». Слово Иегова, еврейское Ягве, от глагола «гайа» — быть, взятого в 1-ой форме, означает личность самобытную, абсолютно и независимо от чего-либо существующую (Сущий). Понятие о такой личности выражено дважды употребленным личным глаголом «ehjeh» = я есмь. Они соединяются местоименной связкой для указания на то, что единственная самодовлеющая причина бытия этой личности заключается в ней самой. Вследствие безусловной самобытности Сущий является в Своих действиях всегда Себе равным и неизменным, на слово Его можно и должно полагаться. И если теперь явившийся Моисею Всевышний есть в то же время Бог отцов народа еврейского, с которыми заключен клятвой подтвержденный завет, то уже нет никаких оснований и поводов сомневаться, что Он исполнит Свое обещание вывести их потомков из Египта. Сообразно с этим и слова Моисея, посланника такого Бога, заслуживают полного доверия: «Сущий послал меня к вам… Бог отцов ваших послал меня к вам».

Доказательства успешности миссии Моисея нужны для народа (ст. 13). Они заключаются в указании, что данные патриархам обетования переносятся на страждущий в Египте народ еврейский: «Я посетил вас…», в силу чего он, как прямой потомок Авраама, Исаака и Иакова, и будет изведен из Египта: «Я выведу вас от угнетения египетского…».

Предъявляемое фараону требование носит характер общенародного желания: оно заявляется не только Моисеем, но и представителями народа — старейшинами. Заслуживающее уважения по этой черте, оно приобретает силу обязательного для царя постановления, поскольку исходит от национального Бога евреев: «Господь, Бог евреев, призвал нас». Исполняющий волю своих богов, фараон должен дать роду израильскому возможность выполнить требование их Бога.

Несмотря на упорство фараона (ст. 19), Моисей и старейшины не должны сомневаться в исполнении божественного определения об изведении евреев из Египта. За его непреложность ручается совпадение обстоятельств предстоящего исхода с тем, что было предсказано о нем Аврааму. Если ему было возвещено, что «над народом, у которого его потомки будут в порабощении, Господь произведет суд, после чего они выйдут с великим имуществом» (Быт 15:14), то так и случится. Пред выходом из Египта Бог «прострет руку Свою» (6:6; 7:5; 9:15), поразит его чудесами, знамениями, «казнями», «судами великими» (7:3, 4; 11:9; Втор 6:22; Неем 10; Пс 104:27; 134:9; Иер 32:20; Деян 7:36), после чего фараон отпустит вас, и вы пойдете не с пустыми руками (20–21), — «оберете египтян» (22). Выражение «оберете египтян» представляет перевод третьей формы от еврейского глагола «нацал» (nazal), означающего буквально «брать что-либо силою, властью, в качестве добычи». Евреи будут брать у египтян вещи, как победители у побежденных. Мысль о возможности в данном случае насилия со стороны израильтян устраняется тем, что при описании того же самого события в 36 ст. 12 гл. кн. Исход стоит выражение: «дали египтяне» в буквальном переводе с еврейского «подарили» (5-я форма от «шаал»).

Глагол «шаал», употребленный еще раз в 1 Цар 1:28, — в рассказе о том, что Анна, мать Самуила, отдала его на служение Богу, — содержит указание на добровольный дар, но не вынужденный. Тот же самый вывод подтверждается выражением ст. 21: «и дам народу сему милость в глазах египтян; и когда пойдете, то пойдете не с пустыми руками», а равно и 36 ст. 12 гл.: «Господь же дал милость народу в глазах египтян, и они давали ему». Сам Бог Своей силой расположил египтян к щедрости. Замечание: «и вы нарядите ими, т. е. взятыми вещами, cыновей ваших и дочерей ваших» (22) указывает на то, что вещи относятся к предметам украшения (см. Быт 24:53; Исх 35:22; Чис 31:50).