Иовглава 31

Толкование на главу

Третья речь Иова к друзьям. 1-40. Иов наказан беспричинно и незаслуженно, так как в прежней своей жизни представлял образец возможной для человека чистоты в нравственном и религиозном отношениях.

1Завет положил я с глазами моими, чтобы не помышлять мне о девице.

Толкование, ст. 1

. Прежде всего Иов был настолько целомудрен, что избегал прелюбодейных помыслов. Он условился с глазами ("завет положил"), через посредство которых проникает в душу развращение (Быт III:6; Притч XXIII:33), не бросать нечистых взоров на девицу (Притч VI:25; Сир IX:5, 8).

2Какая же участь мне от Бога свыше? И какое наследие от Вседержителя с небес?

3Не для нечестивого ли гибель, и не для делающего ли зло напасть?

4Не видел ли Он путей моих, и не считал ли всех моих шагов?

Толкование, ст. 2–4

. Побуждением подавлять грех в зародыше служила мысль о наказании ("участь", "наследие"; ср. XX:29; XXVII:13) за нецеломудрие (Быт XXXIX:9), которое при представлении о Боге, как всеведущем Судии (ст. 4; ср. Пс CXXXVIII:2), являлось неизбежным.

5Если я ходил в суете, и если нога моя спешила на лукавство, —

6пусть взвесят меня на весах правды, и Бог узнает мою непорочность.

Толкование, ст. 5–6

. Иову чужда была далее неправда в виде скрытой, замаскированной лжи (евр. "шаве"; ср. XI:11; синодальное - "суета") и обмана (евр. "мирма"). Подобных пороков не может усмотреть за ним самый беспристрастный суд ("пусть взвесят на весах"; ср. Дан V:27); он выйдет с него непорочным (ср. I:1; II:3).

7Если стопы мои уклонялись от пути и сердце мое следовало за глазами моими, и если что-либо нечистое пристало к рукам моим,

8то пусть я сею, а другой ест, и пусть отрасли мои искоренены будут.

Толкование, ст. 7–8

. За уклонение от пути указанной Богом правды (XXIII:11), начинающееся с пожелания глаз (Быт III:6; 1 Ин II:16), увлекающих душу на путь греха (Притч XXIII:33), которая в свою очередь воздействует на руки, заставляя их осквернить себя чем-нибудь нечистым ("пристало к рукам моим"; ср. Втор XIII:18), в данном случае приобретением чужой собственности, Иов готов понести заслуженное наказание. Его посевами должен воспользоваться другой (ст. 8: ср. V:5; Лев XXVI:16; Втор XXVIII:30 и д. ), а все вообще принадлежавшие ему произведения земли должны быть истреблены. Синодальное выражение "отрасли" передает еврейское слово "цеецаим", которое означает, во-первых, "потомки" (V:25; XXI:8; XXVII:14), во-вторых, "произведения земли" (Ис XXXIV:1; XLII:5). Судя по контексту, здесь оно употреблено в последнем смысле.

9Если сердце мое прельщалось женщиною и я строил ковы у дверей моего ближнего, —

10пусть моя жена мелет на другого, и пусть другие издеваются над нею,

Толкование, ст. 9–10

. Избегавший прелюбодейных помыслов (ст. I), Иов тем более не виновен в самом прелюбодеянии. Его сердце не прельщалось женою ближнего и он не изыскивал хитрых средств ("строил ковы"; ср. Притч VII:7), чтобы осквернить его семейный очаг. Наказанием за это должна была служить утрата собственной жены, превращение ее в рабыню - наложницу другого: "мелет на другого" (ср. Исх XI:5; Ис XLVII:2).

11потому что это — преступление, это — беззаконие, подлежащее суду;

12это — огонь, поядающий до истребления, который искоренил бы все добро мое.

Толкование, ст. 11–12

. Неизбежность такого наказания объясняется тем, что прелюбодеяние - преступление (евр. "зимма" - грех плоти; Лев XVIII:17; XIX:29), подлежащее возмездию по суду Бога (Лев XX:10). По своим последствиям оно - всепожирающий, не знающий границ ("поядающий до истребления", - до "аваддона"; ср. XXVI:6) огонь (ср. Притч VI:26-9; Сир IX:9), сопровождающийся расстройством всего достояния прелюбодея (Притч V:9; VI:35).

13Если я пренебрегал правами слуги и служанки моей, когда они имели спор со мною,

14то что стал бы я делать, когда бы Бог восстал? И когда бы Он взглянул на меня, что мог бы я отвечать Ему?

15Не Он ли, Который создал меня во чреве, создал и его и равно образовал нас в утробе?

Толкование, ст. 13–15

. Иов никогда не злоупотреблял правами сильного по отношению к своим слугам и служанкам, - не отказывал им в справедливом суде. Побуждением к этому служила боязнь божественного наказания. При всем своем неравенстве, различии в положении, господин и слуга - одинаковые творения Божии, а дети одного Отца небесного, братья между собою (Мал II:10; Еф VI:9). И Бог не оставил бы без отмщения обидчика своих детей.

16Отказывал ли я нуждающимся в их просьбе и томил ли глаза вдовы?

17Один ли я съедал кусок мой, и не ел ли от него и сирота?

18Ибо с детства он рос со мною, как с отцом, и от чрева матери моей я руководил вдову.

19Если я видел кого погибавшим без одежды и бедного без покрова, —

20не благословляли ли меня чресла его, и не был ли он согрет шерстью овец моих?

Толкование, ст. 16–20

. Не отказывая в помощи разного рода нуждающимся (ср. XXII:7), не истощая терпения просящей о помощи вдовы несбыточными обещаниями ("томить глаза"; ср. 1 Цар II:33), Иов был покровителем сирот, вдов и бедных. С первыми он делился хлебом, являлся их отцом, вторым с самого раннего периода своей жизни заменял сына и третьих согревал от холода, доставляя одежду (ср. XXIX:13).

21Если я поднимал руку мою на сироту, когда видел помощь себе у ворот,

Толкование, ст. 21

. Тем более Иов не был притеснителем сирот ("поднимать руку"; ср. Ис X:32; XI:15; XIX:16; Зах II:13), хотя и мог это делать, надеясь на безнаказанность со стороны судей ("когда видел помощь себе у ворот"; ср. XXIX:7), у которых пользовался влиянием (Ibid., ст. 8 и д. ).

22то пусть плечо мое отпадет от спины, и рука моя пусть отломится от локтя,

Толкование, ст. 22

. Насильник, пусть он лишится органа насилия, - руки.

23ибо страшно для меня наказание от Бога: пред величием Его не устоял бы я.

Толкование, ст. 23

. Насилие было для Иова невозможно: от него удерживался он страхом пред величием Божиим.

24Полагал ли я в золоте опору мою и говорил ли сокровищу: ты — надежда моя?

25Радовался ли я, что богатство мое было велико, и что рука моя приобрела много?

Толкование, ст. 24–25

. Щедрый благотворитель (ст. 17-20), Иов был чужд корыстолюбия, не считал земные сокровища величайшим благом, основою своего благосостояния (ср. XXII:25; Пс LXI:11; 1 Тим VI:17). Поэтому ему была несвойственна радость при умножении богатств.

26Смотря на солнце, как оно сияет, и на луну, как она величественно шествует,

27прельстился ли я в тайне сердца моего, и целовали ли уста мои руку мою?

Толкование, ст. 26–27

. Чуждый служению золоту (Кол III:5), Иов тем более не может быть обвиняем в настоящем идолопоклонстве, поклонении сияющим, как золото и серебро, солнцу и луне. Он "не прельщался" (ср. Втор IV:19; XI:16) их величественным видом и в знак почтения к ним "не целовал руки своей". "Целование руки" - знак почитания у древних. Лукиан представляет индийцев, поклоняющихся солнцу, την χεϊρα κυσαντες περι ορχησεως… Inter adorandum, - замечает Плиний, - dexteram ad osculum referimus.

28Это также было бы преступление, подлежащее суду, потому что я отрекся бы тогда от Бога Всевышнего.

Толкование, ст. 28

. Обоготворение твари, перенесение на нее тех почестей, которые должны быть воздаваемы только одному Богу, является отречением от Него, подлежащим наказанию преступлением (ср. Втор IV:24; VI:15; Нав XXIV:19; Ис XIII:3; XLVIII:11).

29-30. Верхом добродетелей Иова было доброжелательство по отношению к врагам, исключавшее злорадство при виде их несчастий (Притч XXIV:17) и пожелание зла при виде благоденствия. Всего этого, особенно призывания на недруга смерти (ст. 30), он избегал, как греха.

29Радовался ли я погибели врага моего и торжествовал ли, когда несчастье постигало его?

30Не позволял я устам моим грешить проклятием души его.

31Не говорили ли люди шатра моего: о, если бы мы от мяс его не насытились?

32Странник не ночевал на улице; двери мои я отворял прохожему.

Толкование, ст. 31–32

. Доброжелательство к врагам было проявлением свойственного Иову человеколюбия, простиравшегося на совершенно чуждых ему лиц (странников) и выражавшегося в широком гостеприимстве. Свидетелями этого являются "люди шатра его", - слуги, говорящие, что не было человека, который бы не насытился от его блюд.

33Если бы я скрывал проступки мои, как человек, утаивая в груди моей пороки мои,

34то я боялся бы большого общества, и презрение одноплеменников страшило бы меня, и я молчал бы и не выходил бы за двери.

Толкование, ст. 33–34

. Благочестие и нравственность Иова не были показными. Если бы он, в действительности порочный, скрывал, как Адам (евр. "кеадам"; синод, "человек"), свои проступки (Быт III:12), то боязнь быть обличенным, вызвать презрение сограждан заставила бы его скрываться, не позволила бы выйти за двери своего шатра (ср. Быт III:8-10). Но он пользовался почетом и уважением, принимал участие в решении общественных дел (XXIX:7-10, 21-25), следовательно, ему было чуждо лицемерие.

35О, если бы кто выслушал меня! Вот мое желание, чтобы Вседержитель отвечал мне, и чтобы защитник мой составил запись.

Толкование, ст. 35

. Защитительная речь Иова относится ко всему ранее им сказанному о своей невинности, как скрепляющая, удостоверяющая письмо подпись. "Вот мое желание" = еврейскому: "ген тавп", - "вот мой тав", последняя буква еврейского алфавита, употребляемая для засвидетельствования чего-нибудь (Иез IX:4). Представив доказательства своей невинности, Иов желает, чтобы его соперник, т. е. Бог, явился на суд с ним с обвинительным документом. Вместо: "чтобы защитник мой составил запись", буквально с еврейского должно перевести: "и пусть соперник мой напишет свою обвинительную запись".

36Я носил бы ее на плечах моих и возлагал бы ее, как венец;

Толкование, ст. 36

. В сознании своей правоты Иов не может допустить мысли, чтобы эта "обвинительная запись" доказала его виновность. Наоборот, она послужила бы свидетельством его невинности: восстановила бы его достоинство ("носил на плечах"; ср. Ис IX:5) и честь ("возлагал бы ее, как венец"; ср. Зах VI:11).

37объявил бы ему число шагов моих, сблизился бы с ним, как с князем.

Толкование, ст. 37

. Поэтому Иов отвечал бы Богу, не как робкий, трепещущий при мысли о наказании Адам, а как князь, т. е. смело и безбоязненно ("приблизился к Нему, как князь").

38Если вопияла на меня земля моя и жаловались на меня борозды ее;

39если я ел плоды ее без платы и отягощал жизнь земледельцев,

40то пусть вместо пшеницы вырастает волчец и вместо ячменя куколь. Слова Иова кончились.

Толкование, ст. 38–40

. Если все сказанное Иовом неверно, если он величайший грешник, наказания которого требует неодушевленная природа (XX:27; Авв II:11 и д. ), - истощенная его жадностью почва (ср. Пс LXIV:11); если он делал невыносимою жизнь ее прежних владельцев (ср. XXII:8), то пусть на него во всей силе падет проклятие, поразившее первого человека (ст. 40; ср. Быт III:18). Пусть он будет, подобно ему, отвергнут Богом.

Текст: Синодальный перевод. Толкование: «Толковая Библия» под ред. А. П. Лопухина.